Вперед в прошлое 12

— То есть ты вообще не знаешь, что и чего, и зачем? Почему?

У меня-взрослого не было дел с правоохранительными органами, и я не знал, что там у них и как работает, потому просто предположил:

— Если ничего не предъявили и никуда не потащили, значит, угрозы нет.

— Они всегда не говорят, что за дело? — спросила мама с возмущением. — То есть ты поедешь туда не зная куда?

Василий пожал плечами.

— В понедельник в четыре вечера. Ментовка в центре. Следователь Капустин. — Он положил на стол повестку и повторил: — Явка обязательна. Черт, день пропал.

Я подумал, что завтра мы с Канальей поедем на промысел, и придется мучиться неведением два дня.

Мама вставила свои пять копеек:

— Хоть к Даромире езжай узнавать.

— Я лучше потерплю. Не понимаю, почему бы не сказать сразу, зачем меня вызывают? Мне же ничего не грозит.

— Чтобы вы не подготовились, не сговорились с подозреваемым или заинтересованными лицами. — предположил я. — Или не сочли, что это неважно и незначимо для вас.

— Что это вообще может быть? — задумался отчим, потер переносицу. — Ума ни приложу. Я — и чего-то свидетель? Ну бред. — Он перешел на шепот: — Вот за яйца меня взять есть за что. Может вот это вот — вызов на допрос? Лёха, черт поганый, написал на меня заяву — и здравствуйте.

— Тогда, наверное, предъявили бы обвинение, — предположил я. — Что гадать? Съездите туда и узнаете.

Отчим уселся, подпер голову.

— Обидно будет, если это Лёха. Ну не гнида-человек? Машину отжал, теперь посадить меня хочет.

— Не факт, — покачал головой я.

— Ну а что это тогда⁈ — Он хлопнул по столу и надулся.

Мама обняла его, поцеловала в макушку, как маленького.

— Все будет хорошо, Васенька!

— Мне пора, — проговорил я. — Рад был повидаться.

За собственными проблемами отчим, похоже, и не заметил, что испарился раздражитель в виде Бори. А если и заметил, его совершенно не тронуло, что мальчишка ушел из дома и непонятно как живет. Но, может, и к лучшему, что он не сует свой нос в наши дела.

Ну а мне прибавилось размышлений. Все еще непонятно, что с Наташкой, теперь и отчим застыл в неизвестности, и за него было тревожно. Похоже, он и правда не понимал, во что влип. Я мысленно перебирал варианты и ни одном не мог остановиться.

— Что думаете с торговлей? — спросил я, просто чтобы отвлечь его от панических мыслей.

Василий перевел на меня абсолютно пустой взгляд, дернул плечами.

— Буду на «Волге» ездить без прицепа, — ответил он. — С прицепом гаишники задалбуют. Но ниче, по двести тысяч чистыми получается. Это на грузовик собирать чуть больше месяца, еще же жить на шо-то надо.

— А магазин не хотите открыть? — подбросил ему идею я. — Грузовик, конечно, дело хорошее, но такая торговля будет актуальна еще год в лучшем случае.