Вперед в прошлое 10

* * *Вернулся Жека на зеленом пучеглазом грузовичке размером с «буханку», представил выкатившегося из салона водителя, круглого, низкого, с розовыми щеками, лежащими на плечах:

— Анатолий!

Мы с отчимом тоже представились, пожали его горячую потную ладошку.

— Сколько стоит час работы вашей машины? — спросил отчим.

Водитель окинул нас наметанным взглядом и изрек:

— Ладно, пусть будут две тысячи. К аэропорту минут сорок езды, а обратно я вам уже не нужен. — Он отвел взгляд, как если бы тяготился вранем, но я-то знал, что это чистая правда.

Пока стоявший рядом бульдозер, которым управлял Жека, на глазок насыпал пшеницу в ковшик грузовичка, Мутко нас успокаивал, что все хорошо. А потом бегал вокруг, помогал затянуть накрывающий пшеницу брезент и уверял, что в кузове тонны три с половиной, а это больше того, что мы обменяли на солярку.

Анатолий ему поддакивал, Василий мрачнел, а мне это раздолбайство нравилось все меньше и меньше. Только сейчас стало ясно, что пшеница просто лежала в ангаре, не в амбаре даже. Наверное, отсырела и поросла плесенью, мыши, вон, табунами вокруг здания бегают, аж трава колышется, и ястребки деревья засидели. Выданные нам сертификаты качества ничего не стоят.

Что будет, если пойдет дождь, и пшеница намокнет? Я запрокинул голову, глядя на свинцовые тучи. Успеем доехать посуху?

Но мы уже ввязались в бой, и с товаром, теперь уже нашим, надо было что-то делать.

Мы думали сгонять на мельницу, сгрузить пшеницу, забрать муку на этом же грузовике, чтобы не гонять «КАМАЗ» туда-сюда, но в салон самосвальчика помещалось лишь два человека. Потому водитель поехал один, а мы — следом на «КАМАЗе».

Следующий нюанс поджидал возле мукомольного завода в виде вереницы зерновозов.

— Эт шо, они в очередь встали? — выпучил глаза Василий.

Наш грузовичок пристроился позади последней фуры, мы припарковались на обочине, благо она была широкой, и подошли к Анатолию, который снова отвел взгляд. Тут-то до меня дошло, в чем обман: стоять нам тут до темноты, влетели мы тысяч на пятнадцать. И непонятно, что еще случится: начнется ливень, пшеница не пройдет проверку, нас обсмеют, потому что здесь многотонные тягачи, а тут мы на своем лягушонке.

Подойдя к грузовичку, Василий прорычал:

— Ты знал? — Его глаза налились кровью.

Вот только драки не хватало!

Ситуация неприятная, но не безвыходная. Другой на моем месте опустил бы руки, но у меня был план.

Глава 21

Южный сервис

— Ты знал, шо так будет! — орал отчим через стекло Анатолию. — Козлина ты! Гнида паскудная! Вылезай — ноги тебе повыдергаю!

— Да пошел ты! — опустив стекло грузовичка, крикнул Анатолий. — Не нравится — ща ваще высыплю прям тут твою срань.

Мог ли он не знать, что тут столпотворение? Очень и очень вряд ли.