Возвышение. Земли Ордена

Вот сейчас чуть трофеев наберём, соберёмся на аукцион, расторгуемся и начну искать и лекарей, и прочих в нашу семью.

— Когда я был силён, — огладил бороду старик-безумец, — то никогда не упускал возможности прибрать к рукам трофеи. Похоже, у молодёжи ещё не всё потеряно.

Я улыбнулся и снова толкнул духовную силу, снова сбивая с ног всех, кроме старика-безумца.

— Гархово отродье, — послышался чей-то сдавленный вопль.

— Встать! Приветствовать главу! — бывший орденец, похоже, вошёл во вкус.

Я же толкнул мысль Пересмешнику:

— Вот теперь твоя очередь, — торопливо добавил. — Безумца не трогай.

Он буркнул в ответ:

— Даже не знаю, господин, что думать о вашей привычке собирать вокруг себя калек, изгнанников, убийц, а теперь ещё и безумцев.

Спустя вдох он вышел из невидимости уже в середине толпы, вздёрнул на ноги какого-то тощего дылду и негромко спросил его:

— Это кого ты назвал отродьем? Нашего главу?

— Я-я-я? — сдавленный голос тут же сменился воплем. — А-а-а! А-а-а!

Я покачал головой и спросил старика-безумца:

— Собрат-идущий, не находишь, что младшие сейчас совершенно никудышные? Ну сломали тебе ногу, к чему так орать? На этот крик только сбежится новое зверьё.

— Да-да-да, — закивал старик-безумец. — Мой учитель запрещал орать даже под зельем лечения.

Конечно же, дылда нас не услышал и продолжил орать:

— А-а-а! — правда, уже через пару вдохов Пересмешник перехватил его за горло, и крик сменился хрипом. — Хр-р-р…

Пересмешник же принялся озираться. Держа хрипящего над собой на вытянутой руке, с жутким оскалом на лице он производил впечатление: ближайшие начали пятиться от него.

Пересмешник же добавил веток в костёр их страха:"

"— Тут вспомнили про зверьё. Я вас обрадую — я уже здесь. Если кто не знал, то я бывший Зверь, которого глава спас. Я Иглобрюх, и лучшей наградой для меня является разрешение вспомнить старые привычки и сожрать чьи-нибудь мозги. Надеюсь, вы сегодня порадуете меня? А то на вашей человеческой еде ноги протянуть можно.

Во даёт. Вино с Седым даром не проходит, правда, Седому бы больше язык за зубами держать. Историю Пересмешник явно не на пустом месте придумал.

Разумеется, я не стал ничего опровергать. Зачем? Пересмешник хорош. Я просто толкнул новую волну силы, снова сбивая всех с ног. Всех, кроме старика-безумца, Пересмешника и хрипящего в его руке дылды.

Бывший орденец, давно стоящий у моего плеча, снова радостно рявкнул:

— Встать! Приветствовать главу!

Спустя два вдоха я оглядел спины передо собой и кивнул:

— Для первого раза сойдёт. Что же, теперь, когда вы правильно приветствовали меня, я повторю вопрос вашего старшего.