Возвышение. Земли Ордена

Рутгош устоял перед давлением моей силы, перед ударом гнева и звуков невидимых струн силы, но сейчас моя духовная сила обвила ему горло, сдавила, пережимая ему воздух. Рутгош выпучил глаза, выплеснул из себя уже свою духовную силу, которая и на палец не сумела оттолкнуть мою, жилы на его шее вздулись, он вскинул окутанные духовной силой руки, пытаясь ими порвать душащие его жгуты. Куда там.

— Глава! — завопил Бахар. — Не совершайте ошибки!

Через миг я впился взглядом уже в него и скривил губы:

— Не совершать ошибку? Какую? Самую важную или три не столь важных? Не ходить к Морлан и не выполнять своего обещания? Не заниматься так много своим Возвышением и сдохнуть слабаком? Больше времени тратить на тех стражниц, что так призывно мне улыбаются? Что именно ты, советник, считаешь ошибкой? Какую из четырёх ошибок я пропустил, старейшина?

От сонливости на лице Бахара не осталось и следа:

— Я говорю о здесь и сейчас, глава. Я говорю о том, что вы убиваете Рутгоша. Того, с кем плечом к плечу бились на руинах этого города.

— Да кто его убивает? — презрительно хмыкнул я и обернулся.

М-да… Выглядел Рутгош не очень. Стихия, которую я не сдерживал, за эти мгновения разговора с Бахаром, проявилась двумя змеями, которые сейчас и сдавливали шею Рутгоша. Побагровевший, хрипящий, выглядел он не очень, и один только этот вид немного притушил мою ярость и прояснил голову.

Уверен, что Рутгош, с его опытом и силой мог бы справиться с этими змеями, пусть они и Истинная Суть Стихии. Но нет, стоит, хрипит, задыхается. Уверен, что половина из старейшин могла бы ему помочь. Уверен, что Седой, и он это доказал в наших тренировках, мог бы отвлечь меня, занять схваткой, буквально вырвать из моей хватки Рутгоша. Но нет, стоят на месте, молчат, уговаривают…

Возможно, что я немного перебрал с гневом. Вероятно, что я всё ещё выбранный ими глава, молодой магистр, а не зверь, которого нужно дрессировать. Хотя одно не исключает и другого.

Змеи стихии исчезли, рассыпались синей пылью, заструились вниз по плечам Рутгоша вместе с духовной силой, которую я втягивал в себя."

"— Никто никого не убивает, советник. Глава семьи лишь напомнил старейшинам, кто он есть на самом деле и что можно делать, а что нельзя, даже выдавая это за беспокойство о нём.

Бахар медленно кивнул:

— Девушки сегодня же покинут резиденцию.

— Плевать, — фыркнул я. — Забавляйтесь как хотите, всё равно ближайшие дни меня здесь не будет.

— Молодой глава, — охнул Седой, который лучше всех меня знал. — Ты что задумал?

— Вы плачетесь мне, что не хватает людей? — спросил я, не ожидая ответа. — Причитаете, что вы, старейшины семьи, с этим ничего не можете поделать? Хорошо.