Возвышение Королевы

сделаешь это?

— Думаешь, я не в состоянии?

— Дело не в этом.

Если кто-то и способен на это, так это Джонатан. Я нисколько не сомневаюсь, что он сделает все, что пожелает.

Слезы собираются в моих глазах, и я сморгиваю их, шепча:

— Хорошо, что?

— Хорошо, я не стану убегать от тебя, Джонатан. Похоже, я застряла с тобой.

— Ты чертовски права.

Его голос наполнен собственничеством и чем-то еще, когда он крепче хватает меня за задницу.

Мне нравится чувствовать, как он стоит у меня за спиной, окутывает меня коконом, будто он изолирует меня от всего мира.

Но... сегодня, и после того, что он сказал, ч нуждаюсь в большем. Я не хочу застрять в положении, когда он едва ли, если вообще когда-либо, видит мое лицо.

Положив руку ему на щеку, я поворачиваюсь и удивляюсь, что он ослабляет хватку на моей киске и заднице, позволяя мне. Обычно, всякий раз, когда я пытаюсь вырваться, он пригвождает меня к месту и трахает сзади.

Это единственная поза, которую он когда-либо использовал, чтобы брать меня.

Наши головы покоятся на одной подушке. Мой нос почти касается его, и мои соски касаются тонких волосков на его груди с каждым мучительным вдохом из моих легких.

Мгновение мы молча смотрим друг на друга, но мое сердцебиение стучит громче, быстрее ударяясь о грудную клетку. Это почти так же, как если бы оно хотело уйти и пойти к нему — мужчине, чье безраздельное внимание сосредоточено на мне.

Его член прижимается к низу моего живота — твердый, огромный и такой готовый. Он хватает меня за бедро и притягивает к своему паху.

— Чего ты хочешь, Аврора?

Возбуждение, с которым он произносит мое имя, крадет у меня стон.

— Буду ли я наказана за это? — шепчу я.

— Мы оба знаем, что порка это не наказание для тебя. Тебе это доставляет удовольствие.

— Тогда почему ты наказывал меня этим?

— Потому что ты заключила сделку.

— Я не хочу, чтобы это было в наказание. — мои слова такие низкие и... уязвимые.

— Тогда как ты этого хочешь?

— Делай это, потому что ты тоже этого хочешь.

— Что делать?

Я касаюсь своими губами его губ, затем шепчу им:

— Трахай меня, пока я смотрю на тебя.

Иногда одно мгновение длится слишком долго.

Но в других случаях достаточно одного мгновения для перемен.

Джонатан подкидывает меня под себя, и мои ноги раздвигаются сами по себе. Затем он хватает меня за горло и глубоко входит.

Я с силой отталкиваюсь от кровати, глаза закатываются. Не имеет значения, насколько я мокрая или готова. Джонатан большой, и когда он внутри меня, мне всегда больно.

В его плечах столько силы и сдерживаемой энергии. Как будто он ждал этого момента так же долго, как и я.