Средний возраст

«В чем дело?» — встревожилась стоявшая рядом Цзян Яфэнь. Не ответив, Лу поднесла инструмент к лампе, внимательно рассмотрев закругленную, похожую на рыболовный крючок иглу.

«Новая?» — повернувшись, спросила она. Цзян Яфэнь тут же переспросила хирургическую сестру:

«Вы меняли иглу?»

«Меняла».

«Ну разве можно пользоваться такими иглами?» — бросив еще один взгляд на иглу, тихо сказала Лу.

О бракованных, нестандартных медицинских инструментах Лу и другие врачи говорили не раз. И все-таки недоброкачественные инструменты то и дело появлялись на операционных подносах. Лу Вэньтин приходилось отбирать пригодные для работы скальпели, ножницы, иглы; она просила сестру беречь их, ими приходилось пользоваться многократно.

Сегодня почему-то заменили весь комплект инструментов, и, как назло, опять обнаружился брак. В таких случаях обычно уравновешенная Лу Вэньтин менялась в лице, строго выговаривала сестре. Та молча, не оправдываясь, глотала незаслуженную обиду.

Лу Вэньтин нахмурилась. Больной был перед ней на операционном столе, а она не могла проколоть роговицу. Стараясь, чтобы он не услышал, она тихо сказала:

«Сменить иглу!»

Сестра быстро вынула из стерилизатора старую иглу.

Хирургические сестры, уважая доктора Лу, в то же время немного побаивались ее. Уважали за мастерство, изящество операций, побаивались — за строгую взыскательность. Глазное отделение не случайно прозвали хирургическим, авторитет окулиста полностью зависел от скальпеля. Скальпель в его руках мог вернуть больному зрение, мог и погрузить во тьму. Такие врачи, как Лу, без чинов и званий, пользовались непререкаемым авторитетом именно за мастерское владение хирургическим ножом.

Иглу сменили. Лу Вэньтин, быстро удалив катаракту, наложила лигатуру. Операция близилась к концу, как вдруг в тот самый момент, когда разрез роговицы еще был открыт, больной зашевелился под простыней.

«Не двигаться!» — строго сказала доктор Лу.

«Не двигайтесь! Что с вами?» — торопливо подхватила Цзян Яфэнь.

Из прорези простыни со свистом вырвалось:

«Я… меня… душит кашель… О-о!!!»

Да! Супруга как в воду глядела! И почему именно в самый критический момент операции ему понадобилось откашляться? Может быть, рефлекс или психическое состояние?

«Потерпите?» — спросила Лу.

«Нет… не могу…» Грудь Цзяо Чэнсы тяжело вздымалась.

У любого, даже самого опытного хирурга в момент вскрытия глазного яблока все чувства обострены до предела. И тут не приведи бог пациенту раскашляться!

Не теряя времени, Лу предприняла экстренные меры.

«Минутку, — тем временем успокаивала она больного. — Выдыхайте потихоньку, сразу не откашливайтесь!»

Руки ее безостановочно работали; разговаривая с больным, она затянула лигатуру.