Средний возраст

И вновь мысли вернулись к У Яо.

Себе я могла объяснить и наш брак, и мои чувства. Все так, но у нас за плечами уже почти два десятилетия. И в последние десять лет, во времена разгула «четверки», мы поддерживали друг друга, вместе прошли все — репрессии, ярлыки, ссылку, чистку коровников. И в такой трудный момент этот человек, грезивший властью, опьяненный мечтой о шапке чиновника, все же не переметнулся на сторону «банды четырех». Правда, после восстановления на работе в нем проснулись прежние привычки, он опять окружил себя фаворитами, пресмыкался перед вышестоящими и был заносчив с подчиненными, все рассматривал лишь через призму своего руководящего поста, считал себя непогрешимым. На нашу семейную жизнь вновь пахнуло холодом. И все же я пока не помышляла о разрыве.

Неужели в середине жизни мне предстоит все начинать заново?

Канцелярия опустела, а я все сидела, мучаясь от нерешительности, снова и снова перелистывала материалы, снова и снова представляла себе больную Цинлань и Ло Цюня с телегой. И все время перед глазами стоял вопрошающий взгляд Чжоу Юйчжэнь…

Лишь в двенадцать ночи я медленно покинула канцелярию.

7

Дома меня ожидало письмо от Фэн Цинлань.

Как вовремя — мне так нужно было понять ее! Даже не поев, я бросилась в комнату и принялась за письмо.

Она обращалась ко мне как к чужому человеку."

"«Товарищ Сун Вэй,

вероятно, товарищ Чжоу Юйчжэнь уже рассказала Вам, как мы живем. Вашу жизнь она нам тоже описала. Она человек новой формации и по-своему оценивает разницу нашего положения. В ее взглядах многое привлекает, но речь сейчас не об этом.

О деле товарища Ло Цюня я уже писала в апелляциях. Сейчас мне хочется поговорить о себе самой. Возможно, так Вы глубже поймете товарища Ло Цюня, поскольку, мне кажется, до конца он Вами не понят.

Вероятно, Вас удивило, что я оказалась вместе с Ло Цюнем. Действительно, это испугало даже многих моих родных и близких, они все спрашивали: что, у этой Фэн Цинлань нервы не в порядке? Или она не в меру романтична? К чему взвалила на плечи столь тяжкий крест? Связала свою жизнь с этим „упорно не поддающимся перевоспитанию“ правым элементом и контрреволюционером? Она, разумеется, раскается… Эти люди как будто даже сочувствовали мне, жалели. Но они все ошибались. Это я должна жалеть их.