Возможно мы…

Ты приедешь?

– Да, как только узнаю, что она в порядке.

– Хорошо, тогда я спать.

– Давай.

Медведь скинул звонок и провел рукой по лицу. Как же он сегодня перенервничал. Откинувшись на спинку стула, он прикрыл глаза и тихо сказал.

– Соловьёв! Где же ты?!

Спустя час к Медведю подошёл врач и объяснил, что при обследовании выявлено только лёгкое сотрясение, и, возможно, у пациентки будет виден синяк на щеке. В целом же её состояние удовлетворительное. Ночь Маша проведёт в больнице, и завтра к обеду её отпустят домой.

– Спасибо, а с ребёнком всё нормально?

Врач ответил, что с плодом всё хорошо, кивнул и поспешил в ординаторскую, но Медведь его окликнул.

– Я могу её сейчас увидеть?

– Да, только недолго.

И врач скрылся за дверьми. Валера сразу направился в палату, беспокойство давило, и он не хотел терять время.

– Как ты, мелкая?

Валера вошёл в палату и сразу двинулся к кровати. Маша лежала и смотрела в потолок, но сразу улыбнулась, когда он вошёл.

– Мелкая?

– Ну, да. Такая мелкая, что мой карман станет твоим домом.

Маша лишь шире улыбнулась и протянула ему руку.

– Спасибо, Валера.

– За что? – удивился тот и взялся за руку.

– Что был рядом. Ты настоящий друг, спасибо.

– Ты это…прекращай. Я ведь не мог по-другому. Друзья для меня святое. Удобно?

Медведь впервые не знал, как себя сейчас вести, и что говорить.

– Да. Валера, он… жив?

– Да, жив этот сукин сын. Надо тебя научить бить в нужные места.

Маша расширила глаза в ужасе.

– Чёрт, прости. Пускай это будет шутка. Вылечат его и посадят, теперь он так просто не выйдет. Похищение человека тянет на хороший срок.

– Я надеюсь. Я больше не переживу такого.

– Больше и не надо. Расскажи мне всё, что случилось в доме.

Валера хотел знать все подробности, всё, что произошло, и хоть как-то помочь. Он по прошлой своей военной жизни прекрасно знал, что неподготовленным людям очень тяжело психологически такое принять, а особенно пережить.

Маша тяжело вздохнула и закрыла глаза, сдерживая слезы. Медведь уже подумал, что она закроется и не расскажет, но прошла минута и Маша, как на духу, всё ему выложила.

В конце своего рассказа она уже не сдерживала слёз, а Валера крепче сжимал её за руку и угрюмо молчал, боясь её прервать. Всё в нем бушевало, как в ядерном котле: гнев, ярость, желание растерзать этого подонка голыми руками.

– Я…не боялась за себя, Валер. За ребёнка. Боже…я не знала, что мне делать, только одна мысль стучала в голове – не дать ему ничего со мной сделать…

– Ты всё правильно сделала, ты настоящий боец.

Медведь погладил руку девушки и продолжил.

– Сейчас ты должна успокоиться и постараться уснуть. Завтра тебя выпишут, и я тебя заберу.