Возлюбленная виконта

— Правда? Вы назовете ее так в честь Рейфа?

— Вы возражаете? Мне просто кажется, у нее должно что-то сохраниться от отца, хотя он того и не заслужил. Пусть не имя. Люди знали, что мы не были друзьями. Но если Рафаэла станет ее вторым именем, это не вызовет подозрений. Как звали вашу мать?

— Анабелла. Моих сестер зовут Маргарет и Селина.

— А мою мать звали Марджери. Мар… А что, если ее назвать Маргаритой? Она ведь настоящий цветочек. Достопочтенная Маргарита Рафаэла Кэлн?

— Здорово! Маргарита, только послушай, как папа назвал тебя. — Белла поймала взгляд Эллиотта. — Простите, мне не следовало произносить слово папа. Я подумала…

— Все правильно. Я уже объяснил дочери, что она должна слушаться папу во всем, после чего та перестала плакать и послушно смотрела на меня. Конечно, девочка смотрела как-то странно, пуская слюни, но я уверен, она делала это с сознанием дела.

Белла расхохоталась. Эллиотт, не отрывая головы от подушки, обнял ее. Она повернула голову, но не сумела разглядеть его лицо. Заметила, как оно напряглось и стало хмурым, и отбросила всякие подозрения. Он просто устал.

«Семья, — подумала она и снова начала клевать носом. — Мы — семья. Это замечательно». Но тут вспомнила, что все не так уж замечательно и мужчина, лежавший рядом с ней, не любит ее, хотя она ему нравилась. Белла знала это. Эллиотт оберегал ее, заботился о ней, будет наслаждаться ее телом, когда вернется в ее постель. Наверное, этого вполне достаточно. Так и должно быть, это больше, чем выпадает на долю других женщин.

Эллиотт крепче обнял ее. «Он так устал», — подумала Белла. Однако предстояло решить еще кое-что. Они не говорили об этом.

— Кто станет крестными девочки?

— Наверное, моя двоюродная бабушка.

— Ваши сестры? Вы могли бы представлять их в церкви.

— Да, конечно. Спасибо, Эллиотт. А с мужской стороны? Наверное, следует пригласить Даниэля.

— Очень хорошо. Даниэль, Джон Бейнтон и мой третий кузен герцог Эвери.

— Вы близко знакомы? Герцог, боже мой.

— Мы хорошие друзья. К тому же он молод, богат, влиятелен. Обладает всеми качествами, которые юная леди ищет в крестном отце. — Эллиотт вздохнул. — Вижу, меня, как отца, ждет чертовски напряженное время. Ведь придется дубинкой отгонять от нее молодых людей. У нее будет такое же милое лицо, как у матери.

— … и ваши голубые глаза.

— И крестный отец, не чающий в ней души. Наверное, мне не следует давать ей большое приданое, иначе не удастся избавиться от масштабного нашествия молодых людей.

— Когда устроим крестины?

— Думаю, до Нового года. Все уже разъехались на Рождество.