Возлюбленная

Мы будем любить тебя безоговорочно, и ты всегда можешь рассчитывать на нашу полную поддержку.

– Даже если я не хочу больше детей? – тихо спросила она.

Майкл прижал ее крепче к себе и коснулся губами лба.

– Дорогая, я могу только вообразить себе это ужасающее горе от потери, что ты чувствуешь. Мой мозг не может все это воспринять. Не скажу, что я пойму это, ведь никогда не испытывал ничего настолько сильного. Но даже если у нас никогда не будет детей, мы все равно будем любить тебя и хотеть, чтобы ты оставалась с нами. В свое времени, когда рана затянется, ты можешь решить, что хочешь детей. И если это будет так, мы поддержим тебя на все сто процентов. Мы сможем менять подгузники, вытирать отрыжку и кормить младенцев лучше всех. Каждый из нас приложил руку к воспитанию Кали.

– Все будет по-другому, Лили, – сказал Сет. – Ты никогда не должна бояться, что останешься одна с ребенком, чтобы заботиться о нем. Если все мы в будущем решим, что хотим детей, тогда мы будем решать это все вместе. Одной семьей. У тебя есть не только мы, но и мама, Кали и папы. Большая семья, которая тебя любит. Мы поддерживаем тебя безоговорочно. Вот что значит семья.

– Боже мой, – прошептала она. – Я так боялась. Я скрывала это, потому что не хотела, чтобы вы знали. Хотя и предполагала, что в конце концов все выйдет наружу, но каждый день говорила себе, что просто хочу еще один день. А потом он превратился в еще один день, и еще, и еще. Я постоянно говорила себе: «Позже». Скажу вам позже. Но не хотела разрушать что-то настолько прекрасное – эту настоящую радость, что впервые почувствовала с рождения Рози.

Майкл снова поцеловал ее, а Диллон провел рукой по спине.

– Теперь про презерватив, – нерешительно начал Сет. – Дорогая, ты должна знать, что нам чертовски жаль. Мы бы никогда не сделали ничего, что навредило бы тебе, или что-то против твоего желания. Но мне нужно, чтобы ты кое-что поняла. Посмотри на меня.

Ее взгляд метнулся к Сету, и на его лице она увидела ярость.

– Мне нужно, чтобы ты это услышала. Если все закончится беременностью, или противозачаточные окажутся не эффективными, мы пройдем с тобой весь путь. Справимся с этим вместе, и я гарантирую тебе, что у нас хватит народу присматривать за нашим ребенком каждый день, каждую минуту, так что ты можешь отдыхать и восстанавливаться. Клянусь, Лили. Своей жизнью.

Диллон с Майклом кивнули, и ужасное напряжение в груди начало понемногу уменьшаться.

– Хорошо, – прошептала она. – Я верю вам.

– Она там уже чертову неделю, – выругался Диллон.

Трое братьев собрались на кухне, пока Лили рисовала в кабинете Диллона. Там она проводила большую часть дня, выходя на ужин, даже улыбалась и вела непринужденный разговор. Но у нее под глазами лежали тени, а во взгляде все еще таилась боль.