Возлюбленная

Детка, ты была на пределе. И просто вздремнула. Я не знаю ни одной женщины, которая бы не спала, в то время как их ребенок спит. Я помню, мама ложилась, когда Кали дремала. Она не стояла на страже у кроватки, наблюдая за ее каждым вздохом. И ты не могла этого сделать. Ты не машина. Тебе должны были помочь. Твой муж, черт возьми, должен был тебя поддерживать. Он чертов трус, и это была его вина, это заставило его наброситься на тебя. Он обвинил тебя, потому что знал, каким мудаком он был.

– Я просто хотела отдохнуть. Недолго. Боже, Диллон, я больше не могла это выносить. Я так устала. Почему она должна была умереть? Почему?

Рубашка Диллона намокла от ее слез, когда он ее обнял.

– Не знаю, детка. Мне жаль, что у меня нет ответа. Но я знаю точно: это не твоя вина. Ты не виновата. Иногда младенцы умирают, и с этим ни черта нельзя сделать. Даже если бы ты стояла у ее кровати, она бы все равно умерла. Младенческая смерть – тихий убийца. Нет никакого объяснения. Это просто происходит.

Она закрыла глаза, прижавшись к его груди, желая утешения, хотя чувствовала, что недостойна его.

– Так ты была на улице? Все это время? – тоном, полным гнева, спросил Майкл. – Этот сукин сын не искал тебя? Никогда не пытался удостовериться, что ты в безопасности и обеспечена?

– Я просто хотела быть вдали от боли, – тихо ответила она. – Я трусиха. Это был единственный способ, которым я смогла отгородиться от боли. Просто не хотела, чтобы она возвращалась. Я не хотела жить. Так я и существовала. Изо дня в день. На улицах, где ничто не имеет значения. Никого не волнует, кто ты. Никого там не волнует твои грехи или прошлое. Ты просто еще один безымянный безликий человек, которого никто не замечает.

– Господи, нет, детка, – прошептал Майкл и забрал ее из объятий Диллона в свои. – Ты не трусиха. Ты одна из самых чертовски смелых людей, которых я знаю. То, что ты выжила, – чудо, и я чертовски благодарен, раз это привело тебя ко мне, и к нам. Мы не отпустим тебя, Лили. Я не знаю о чем, черт возьми, ты думаешь прямо сейчас, но мы не позволим тебе уйти. Мы собираемся остаться здесь. С тобой. Навсегда. У нас все получится. У тебя всегда будем мы, чтобы заботиться. И ты всегда можешь положиться на нас.

– Всегда, – спокойно подтвердил Сет.

Она зашевелилась и подняла голову, посмотрев на каждого. Их глаза горели решительностью и силой.

– Вы хотите меня? – скрипучим голосом недоверчиво спросила она. – После всего рассказанного все еще хотите меня?

– Черт возьми, мы хотим тебя, – заявил Диллон. – Мы не похожи на твоего бывшего мужа-мудака, Лили. Мы не бросаемся неубедительными обвинениями и не прячемся за чувство вины. Жить с нами не всегда легко, но будь я проклят, если мы не отдадим тебе все, что имеем.