Возле Тьмы. Чужой

Некоторые просто запечатали до тех пор, пока не решат, что с ними делать… ты увидишь, в общем.

— Люди местные?

— Местных мало: в городе выжило или осталось человек двести, наверное.

Сколько сейчас всего, Пикетт не сказал, а я и спрашивать не стал — такие сведения в такие времена относятся к стратегически важным, а я все же никаких проверок пока не проходил.

— Госпиталь чистить трудно было, — заговорил он вдруг. — Медицина в городе была за главного работодателя: здесь и госпиталь, и центр кардиологии, и много чего еще. Поэтому, собственно, мы здесь базу и начали организовывать. Да… а чистить было тяжко — сюда больных со всего штата везли."

"Пикап свернул направо и поехал по широкой улице, засаженной деревьями и застроенной небольшими, но аккуратными деревянными домами. У всех домов стояли машины, причем многие из них были чистыми, а запыленных стекол не было вообще, то есть понятно, что на них ездят, это не брошенные со времен Эпидемии. Пара домов была запечатана — ярко-желтыми виниловыми лентами крест-накрест на дверях. Видать, в этих совсем плохо было из-за погибших.

— Здесь заселено все в основном, — пояснил он. — Почти приехали.

Госпиталь я увидел издалека и сразу был впечатлен контрастом с маленькими домами, его окружавшими. Огромное длинное трехэтажное здание со стенами песочного цвета, занимавшее, насколько я понял, целый квартал. Да, это точно не на один городишко рассчитано.

Пикетт миновал подъезд, возле которого стояли три «скорых», потом еще один подъезд, нечто вроде парадного, обогнул квартал и выскочил на соседнюю улицу, широкую и просторную, где и подъехал к современного вида одноэтажному зданию, возле которого в ряд стояли четыре черно-белых полицейских машины. Здание напротив выглядело модерново — уже два этажа, стеклянный подъезд, но при этом надпись на фронтоне извещала, что это тюрьма округа Финни. Как-то совсем на мрачное узилище здание не похоже.

— Пошли, — сказал Пикетт, глуша мотор и вылезая из кабины.

Место, куда мы зашли, выглядело вполне стандартно, как мне кажется, для полицейского участка — холл, стойка дежурного. За ней, правда, не полицейский, а крупный парень в военной форме, разгрузке и с автоматом, который сейчас лежал на столе перед ним. Парень принял мои сумки и, не говоря ни слова, закинул их в какую-то комнатку, в которой я разглядел разве что диван у стены. Пикетт все это время стоял молча, после чего тронул меня за локоть и показал на дверь в дальнем углу холла:

— Туда.

Туда так туда, попал так попал. Если все же попал.

За дверью оказался короткий коридор, потом опять дверь — и за ней обнаружился обычный офис, в котором заняты были всего два письменных стола.