Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

После таких сюрпризов ни у кого не оставалось сомнений – кто-то в этой партии сдает карты не только на стол, но и кое-что прячет в рукаве. А британцы от таких мыслей просто завелись. Можно сказать, оскорбились. Как же так? Кто-то посмел подражать им? Какая наглость!

И что же? Выяснилось, что огромное количество морских артиллерийских орудий, прорва боеприпасов и прочее, прочее, прочее просто бесследно исчезли. Но самое интересное – с огромным трудом им удалось найти намек на то, что основным благодетелем фонда оказался небезызвестный князь Юсупов. Тот самый, что с наглой мордой мягко улыбался где-то на галерке. Даже новости о событиях этой войны у него в изданиях появлялись с некоторой задержкой и отличались очень спокойными тонами. Никто никого не обличал, зато детально разбирал события, раскладывая их по полочкам. Но кому это было интересно? Вся Европа горела страстями! В Испанию даже потянулись жидкие ручейки добровольцев, собирающихся воевать с этими американскими дикарями.

И на этом моменте англичане окончательно спеклись, поняв, что вся эта возня с королевской эскадрой – неспроста. Странные корабли, еще более странное поведение. Ведь она могла выступить с адмиралом Сервера, но под надуманным предлогом задержалась… Поэтому «просвещенные мореплаватели» отправили в командировку в Испанию двух своих морских специалистов подходящего уровня. По одному на корабль. Да не абы как, а с умом – им вручили испанские документы с военно-морской формой и назначения на «Зиту» и «Гиту» старшими офицерами. И Мадрид такому шагу даже не пытался противиться, скорее напротив. Во-первых, это все-таки опытные моряки. А во-вторых, Лондон предложил за них льготные поставки первоклассного кардифа в кредит на весьма выгодных условиях. Очень уж у Foreign office засвербело в одном месте от предчувствия.

И каково же было удивление английского офицера, когда, войдя в кают-компанию, он с удивлением обнаружил лица, явно не принадлежащие уроженцам этого сказочного Пиренейского полуострова. Да и разговор, примолкший при его появлении, хоть и велся на испанском языке, но в нем звучало столько акцентов… Похоже, здесь собрались его коллеги из конкурирующих «контор».

– Господа, рад вас видеть, – начал он на английском и представился «официальным именем», – Пабло Маркес. Прибыл исполнять обязанности старшего офицера.

– Адольфо Бланко, главный механик, – на чистейшем берлинском диалекте отозвался, улыбаясь, белокурый красавец, демонстративно отдавший честь. Потом с такими же понимающими улыбками прозвучали представления на французском и итальянском языках. А вот старший артиллерийский офицер удивил, представившись по-русски.

– Не переживайте, сэр Пабло, – панибратски хлопнул его по плечу француз.