Воздушные пираты

Хотя тоже вряд ли. Что он такого сделал, чтобы его искать?

Спустя полчаса Гаер вошел в мужской зал салона красоты.

— Егер бир саг кесими истиер? — спросил турок, глядя на отражение Гаера в зеркале.

Занятый своими мыслями, Гаер ни слова не понял из сказанного, однако догадался, что парикмахер пытается узнать, какую прическу желает сделать клиент.

— Я хочу быть полностью без волос, — сказал Гаер на английском.

— Вы американец! — восхитился турок, хватая накидку.

— Да, я живу в Америке, — соврал Гаер. — Откуда вы знаете язык?

— Мне пришлось провести несколько лет в вашей тюрьме.

«Вот же непруха!» — с тоской подумал Гаер, пытаясь понять, как скоро этот человек отрежет ему уши.

— Вы так и не сказали, что мне делать? — Парикмахер тем временем потянулся за буклетом с образцами причесок.

— Я хочу, чтобы моя голова была абсолютно голой! — стараясь выглядеть непринужденно, сказал Гаер.

Выйдя из салона, он посмотрел на экран смартфона. Сообщений больше не было. С новой силой на душе заскребли кошки. Что теперь будет?

Парсек с чистой совестью может отправляться без него. Второй раз на связь выходить в таких случаях не рекомендовалось.

«А вдруг он подумал, что я струсил?» — От этой мысли стало совсем нехорошо.

За размышлениями Гаер не заметил, как переглянулись шедшие навстречу двое молодых мужчин в штатском. Когда они поравнялись с ним, каким-то внутренним чутьем он вдруг ощутил исходившую от них угрозу, но было поздно. Сзади, между лопаток, как будто вошла острая ледяная игла. Боль прошла по сосудам и костям до самых пяток, воздух застрял в легких, свет в глазах померк.

— В чем меня обвиняют? — спросил Гаер, растирая запястья.

Полицейский бегло просмотрел записанные показания, поднял взгляд на переводчика и быстро заговорил. Ловя каждое его слово, худощавый, смуглый очкарик вытянул шею.

— Вы подозреваетесь в убийстве Хасисза Нанзиси, гражданки России Виктории Симоновой, в применении насилия в отношении…

— Я никого не убивал! — не дал договорить переводчику Гаер: — Драка была, согласен, а Симонову я отправил в аэропорт.

— Как вы объясните тот факт, что после вашего ухода полиция обнаружила ее труп в помещении уборщиков? — спросил переводчик и тут же добавил: — У нее оказалась сломана шея.

— Да быть такого не может! — воскликнул Гаер. — Сами отвернули ей голову и привезли туда. По пути с вокзала я попадал в поле зрения видеокамер. Так, например, одна из них установлена на козырьке банка «Анадоли». И вообще, передвигался я с этой женщиной по улице Ататюрка и Кавасли, а гостиница располагается в центре города в районе Урген Паша. Видеокамеры на каждом шагу. Проверьте записи, они наверняка запечатлели идущую рядом со мной Симонову. Она была цела и невредима.