Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

Мама смерила меня возмущенным взглядом, поэтому предпочла больше не шутить, а молча переодеваться.

— А мимо вас прогуливался Станислав, под руку с элегантной дамой, и даже не смотрел в твою сторону. Представляешь?

— С трудом.

Это я про Стаса и даму. Мне кажется, этот кадр точно никогда не изменится. Там мамочка постаралась, внушая ему, что он самый лучший, самый умный, самый красивый, а все, кто с этим не согласен — просто идиоты.

— Жуткий сон, правда? — мама не сдавалась.

— Просто сон, — я пожала плечами и пошла умываться, чувствуя, как она смотрит мне вслед.

Когда вернулась, обнаружила, что букета нет. Белые розы исчезли, а на их месте появился унылый пучок желтых гвоздик, и я догадываюсь, чьих это рук дело:

— Мама! — рявкнула и решительно пошла на кухню.

— Да, Диночка, — она встретила меня ласковой улыбкой.

— Где мой букет?

— У тебя на столе.

— Я не про то безобразие, что там только что появилось. Где мои белые розы? — грозно засопела, в этот раз не собираясь уступать."

"— Эта безвкусица? — маман пренебрежительно сморщила нос, — большей вульгарщины сложно было придумать! Такие только…непутевым преподносят!

— Правда??? — взвилась я, — что же папа тебе всегда только такие дарит, а?

— А вот и не такие!

— Такие! Всегда еще приговаривает: белые розочки, для моей любимой козочки!

Мама, пойманная с поличным, замялась. Глазки по сторонам забегали, щеки румянец залил.

— Где мои цветы, мама? — я перешла в наступление.

— Я их выкинула, — холодно произнесла она и отвернулась к плите.

— Что ты сделала? Выкинула? Мои цветы? Зачем? — у меня просто слов не было, аж в ушах от негодования зашумело.

— Неприлично девушке тащить в комнату веник, подаренный не пойми кем, когда уже есть достойный букет от молодого человека, — чопорно заметила она, всем своим видом демонстрируя оскорбленную добродетель.

— Мама! — я уже пыхтела, как бешенный носорог, — завязывай со своими сводническими потугами. Стас не мой молодой человек и никогда им не станет. Это во-первых! Тихо! — прервала ее протест, — его достойный букет на самом деле достоин исключительно одного. Титула «прощай молодость»! Это во-вторых! А в-третьих, ты не имела права выкидывать мои цветы, и не важно кем они были подарены!

— Как ты разговариваешь с матерью? — она схватилась за сердце, — я из-за тебя и твоего невоспитанного гостя полночи не спала, а теперь еще и это должна терпеть?

Всхлипнула и повалилась на кухонный уголок.

Да, е-мое!

Как бы я ни сердилась в данный момент, но дочерние чувства превыше всего. Схватила стакан, налила воды и присела рядом с ней.

— Держи!

Она оттолкнула в сторону мою руку, вызывая глухое раздражение:

— Может таблеточку дать? Валидол под язык? — процедила сквозь стиснутые зубы.