Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

Мы уставились на снимок, потом посмотрели друг на друга и начали смеяться.

— Это было самое стремное дерьмо в моей жизни, — наконец, признался он, с трудом успокаиваясь.

— Еще разок сходим? — тут же предложила я, — там еще навалом страшных квестов. Нервишки пощекочем, поорем, адреналином подзарядимся.

— Нет. Спасибо! С адреналином и так перебор.

Тут мне в голову пришла шальная мысль. Затихла на мгновение, а потом как гаркну во весь голос:

— Бу! — и за руку его схватила, для пущего эффекта. Северный аж подскочил на месте, а я снова рассмеялась. — Да что ж ты такой пугливый, Антошенька?

— Ну все, Кулакова! Тебе конец! — прорычал он, — я буду мстить!

— Жестоко?

— Очень!

— Хорошо. Я жду, — лапки на коленочках сложила и смиренно на него посмотрела, — из твоих рук, приму любую кару.

— Сама не знаешь, на что подписываешься, — хмыкнул Северный, и серые глаза опасно блеснули.

Он снова завел машину и лихо вывернул на проезжую часть, не обращая внимания на гневные сигналы остальных водителей. На ближайшем светофоре развернулся и поехал в обратную сторону.

— Куда ты меня везешь, о великий и ужасный мститель? — насмешливо поинтересовалась у него, рассматривая благородный профиль.

— Скоро узнаешь, — кровожадно пообещал мой неустрашимый начальник.

***

Оказалось, он вез меня к своему дому.

Когда мы притормозили возле типовой девятиэтажки, у меня коленки дрогнули. И вовсе не от страха.

— Зачем мы здесь? — поинтересовалась, старательно пряча волнение.

— Я же сказал, мстить буду, — ухмыльнулся Антон и вылез из машины.

Я нервно выдохнула, чувствуя, как щеки начали полыхать и выбралась следом за ним. Не знаю, чего он там придумал, но лично я себе тако-о-ого нафантазировала, что стыдно сказать. И что самое главное, была заранее согласна на все, что он предложит.

Пока поднимались в лифте на последний этаж, адреналин в крови разбушевался хлеще, чем вовремя квеста. Аж трясло."

"Он отпер дверь и распахнул ее передо мной, приглашая войти. Я сделала это не раздумывая, не колеблясь ни мига. Будь что будет! Я готова. Даже лифчик сегодня в тон трусам надела, как знала, что ситуация станет весьма пикантной.

— Так что за месть? — спросила едва дыша.

Куртку повесила на крючок, ботинки аккуратно поставила на коврике. Антон невозмутимо раздевался, не торопясь с ответом. Потом закатал рукава свитера и пошел в ванную мыть руки, а когда, наконец, вернулся, то произнес с искренней улыбкой:

— У меня там посуды немытой — гора, — и указал рукой в сторону кухни.

Он издевается???

— Ты меня посуду что ли привез мыть? — искренне возмутилась я.

— Конечно. И полы еще надо протереть. И носки постирать! Я не люблю заниматься домашними делами.