Вот и я, Люба! (СИ)

- То есть по закону при разводе ты имеешь право подать на раздел имущества, которое принадлежит Анатолию? - в некоторой задумчивости уточняет свекровь.

- Есть правда в ваших словах. При желании в соответствии с действующим законодательством могу и подать, - отвечаю спокойно.

- Так и мы можем подать на раздел всего имущества, нажитого в браке, - снова вспыхивает Анна Васильевна.

- Не знаю, что Вы вкладывает в слово мы. Я не могу препятствовать вашим действиям, если они не противоречат закону, - сообщаю, пожимая плечами.

- Кстати, мне деньги нужны, - выдаёт Толик. - Я карты вчера разблокировал в банке, но оказалось, что денег на них нет. Да, и зарплатная карта моя аннулирована.

- Не понимаю о чем речь, Анатолий, - снова пожимаю плечами.

- Ты, Любка, дурой не прикидывайся. Знаю, что Димка без твоего слова шага ступить не смеет, - злобно выдаёт Толик. - И я уверен, что это ты велела заблокировать деньги на моей зарплатой карте.

- Анатолий, не надо обесценивать и недооценивать своего сына. Дмитрий совершенно самостоятелен в принятии любых решений, которые касаются его сферы деятельности.

- Толичка, я не поняла, о чем эта тварь сейчас сказала? Разве эта свинячья ферма Димке принадлежит? Господи, да, что же это такое делается? Нас просто обобрали, - в очередной раз артистично взвизгивает мамаша Толика. - Ничего страшного и на эту мразь найдётся управа. Закон для всех един. Мы докажем подлог. Ещё и посадим тебя, гнида, за решётку за подделку документов…

Не дослушав мать, Толик её перебивает, выдавая фразу, от которой у меня аж дыхание перехватывает.

- Да, я, вообще, не уверен, что эти дети мои. Может только Катерина от меня. Остальных точно ты где-то на стороне наебла, потому как они все в твою породу пошли. Такие же грубые и неотесанные, будто топором срубленные. Думаю мне стоит настоять в суде на тесте ДНК, что-то сомневаюсь я в своём отцовстве, - цедит Анатолий, выплевывая по слову в мою сторону."

"- Так, ну-ка поднялись оба и вышли вон из моего кабинета. И чтобы ноги вас обоих больше не было на моей ферме. Раз ты, Анатолий Дмитриевич, сомневаешься, наш ли ты отец, то разговаривать мне лично с тобой не о чем.

От голоса, который я слышу, у меня начинает дрожать сердце. С одной стороны я меньше всего хотела бы, чтобы мои дети стали свидетеля этого гнусного разговора. С другой, может все и к лучшему, думаю я, поворачиваясь к Дмитрию.

- Чего застыли? Давайте побыстрее на выход, - жёстко произносит Дима. - Я вам не мама, терпение которой к вам, вашим выходкам, вашему хамству не имеет границ. У меня то есть прививка вашей кровью, потому говорю просто, пошли вон отсюда. Больше никто из вас ни единой копейки от нас не получит. Хватит уже паразитировать на шее человека, которого вы оба ни в грош не ставите.