Последний натиск на восток ч. 1 (СИ)

А то все без нас съедят.

— Почему это? — удивленно захлопала глазенками девочка. — Еды много. Я служанкам велю, они еще принесут.

— Да! — Милица прикусила губу. Она так и не могла привыкнуть к немыслимому богатству, в котором жила семья ее сына. Да и она теперь…

— Пожалуйте умываться, ваша светлость, — в комнату снова заглянула служанка.- Вода ведь стынет. А нам одеваться еще.

— Да, — Милица встала с кровати. Надо идти. Нельзя, чтобы все сидели и ждали ее. Особенно Людмила.

У нее не слишком заладились отношения с невесткой. Поначалу Милица робела, видя красоту и богатые наряды этой женщины. Ни одна ханша в степи не носила столько золота и камней. Потом попривыкла, и подпустила невестку к себе поближе только для того, чтобы выслушивать нескончаемые потоки жалоб, свалившиеся на ее голову. Людмила была несчастна. Она металась, словно загнанный зверь. Она не понимала мужа, а он не понимал ее. И они не спали вместе уже несколько месяцев. И это просто убивало молодую, красивую женщину, которой уже совсем скоро рожать. И вот вчера они снова поговорили по душам.

— Ну, ты и дура, невестушка, — не выдержала тогда Милица. — Ты на что жалуешься? На свою жизнь? Да так, как живешь ты, никто на всем белом свете не живет. Может, только императрица ромейская. Вот жены кагана точно так не жили. Одно название, что ханши. Летом в юрте, в которой от жары дышать нечем, а зимой в избе насквозь прокопченной. Да они мизинца твоего не стоили, я их хорошо помню. А то, что мужа от себя отвернула, так сама виновата. Как тебе, бабе неразумной, могло в голову прийти мужу прекословить? Разве ты лучше него знаешь, что делать? Разве не он все эти чудеса сотворил, что вокруг нас? Ты-то куда полезла с разумением своим куриным?

— И вы туда же, матушка? — всплакнула Людмила. — Я старых обычаев держусь, и старых богов. А он веру отцов рушит, ромейского бога к нам тащит. Покарает нас богиня!

— Да с чего ты взяла это? — удивилась Милица. — Я капище видела, там люди молятся и жертвы приносят. И не мешает им никто. Можем и мы сходить туда с тобой. Я Богине жертвы принесу за свое возвращение.

— Сходить? — непонимающе посмотрела на нее Людмила. — Нам нельзя ходить, матушка. Невместно это! Только поехать на карете можно и непременно со свитой, и никак иначе. Если пешком пойти, позор это великий будет!

— Ну, давай поедем, — сдалась Милица.

— Завтра тогда! — просияла Людмила. — Я вас с такими людьми познакомлю! Им все истины ведомы! За моего будущего сына жертвы принесем. Кий его назову!

Княгиня спустилась в обеденный зал. Людмила и дети уже сидели за столом, ожидая князя. На обед частенько заглядывали бояре, а на ужин — иноземные купцы и какие-то мастера. Но вот завтракал князь только с семьей.