Разворот на восток

 – Да наши старики вас просто заплюют!

– Там, в будущем, – Пит Гроббелаар поднял палец вверх, – наука установила, что процесс сотворения Господом человека из обезьяны сопровождался множеством метизаций, после чего естественный отбор Дарвина в течение десятков и сотен тысяч лет вымывал из нашей наследственности весь шлак, оставляя только лучшие свойства. Это вам на заметку как ученому человеку. К тому же прямо сейчас проблема межрасовых браков перед нами не стоит, ибо у нас еще нет дееспособных кафров обоих полов, получивших полные гражданские права. Их еще предстоит выделить из общей массы и воспитать надлежащим образом. А вот когда таковые появятся в достаточном количестве – вот тогда мы вернемся к этому вопросу. Понимаете, минхер Смэтс, в Москве не хотят, чтобы избавление от колониальной зависимости африканских территорий привело к хаосу и их цивилизационной деградации. В отличие от других колониальных держав, нам некуда отсюда уходить, а потому из нас получатся первоклассные первопроходцы, опытом которых воспользуются другие. И в силу этого же положения тех, кто разведывает путь, там будут со снисхождением относиться к нашим ошибкам и возможным политическим перегибам. Там знают не то, что мы должны делать в обязательном порядке, а то, чего нам не стоит делать ни в коем случае.

– Я вас понял, минхер Гроббелаар, – кивнул Ян Смэтс, – и обещаю подумать над вашими словами. Окончательный ответ вы получите от меня здесь, ровно через сутки.

– Договорились, минхер Смэтс. – Временный президент пожал руку старому фельдмаршалу. – Надеюсь что вы примете самое верное решение в своей жизни.

неподалеку от полигона Кубинка, полевой лагерь Отдельной Штурмовой бригады генерала Деникина.

бывший штабс-капитан ВСЮР, а ныне майор РККА Петр Петрович Одинцов."

"После победы над Гитлером нашу бригаду не распустили по домам, как предполагалось первоначально, а вместо того погрузили в эшелон и отправили на восток. Восточную часть Германии и запад Польши мы проехали в ночное время, рассвет застал нас в Варшаве. Ничего подобного тому тотальному разрушению, которое мы видели в Белграде, Константинополе или Загребе, в польской столице не наблюдалось. Город был изрядно ощипан, но ничего страшного с ним не произошло. Пани Варшава уже поднялась на ноги, теперь одернет юбку, отряхнется и пойдет дальше как ни в чем не бывало. А вот то, что творится восточнее бывшей советско-польской границы, иначе чем ужасом не назовешь. С момента битвы за освобождение Минска минул уже почти год, но город, как после Батыева нашествия, до сих пор выглядит обезлюдившими руинами.