Разворот на восток

Вами мы занялись только потому, что рано или поздно вы все равно проиграли бы свою войну янки, и тогда у наших восточных рубежей образовался бы трудноустранимый вражеский плацдарм, а в нынешней послевоенной политической конфигурации Японские острова будут уже нашим передовым оборонительным рубежом. И вообще, Минору-сан, вы еще многого не знаете о своей стране – того, что известно нам. Думаю, что в этом мире у вашей страны будет лучшее будущее, чем там, откуда мы пришли.

Минору Гэнда глубоко поклонился и сказал:

– Я рад, Нина-сама, что мы сразу достигли взаимопонимания. Мы оба знаем, что эта война не нужна ни нашему, ни вашему народу, как и то, что избежать ее тоже невозможно. Мы хотели бы установить правила гуманности при ведении боевых действий и конечные рубежи, по достижении которых вашей армией наш Божественный Тэнно издаст указ о капитуляции. Мы понимаем, что окончательное решение является прерогативой вашего красного императора господина Сталина, и готовы ждать его ответа ровно столько, сколько необходимо. На сем позвольте откланяться, ибо я сказал уже все, что хотел, и даже несколько больше.

Антонова подписала пропуск, по которому ее гостя должны были выпустить из здания, и протянула его японцу.

– Ступайте, Минору-сан, – сказала она, – когда наступит время продолжить этот разговор, то я дам вам об этом знать.

Потом, уже выходя из здания под осеннюю дождливую морось, сыплющуюся с серого неба, Минору Гэнда подумал, что адмирал Ямамото был прав, и для того, чтобы встречаться с такими людьми, которых можно счесть посланцами богов, требуется совершенно особенная храбрость. Стране Ниппон еще повезло в том, что эти люди не одержимы убийствами ради убийств, а иначе даже страшно подумать, что стало бы с его народом, да и со всем миром.

24 октября 1943 года. 22:45. Москва, Кремль, кабинет Верховного Главнокомандующего.

Присутствуют:

Верховный Главнокомандующий – Иосиф Виссарионович Сталин;

Специальный консультант Верховного Главнокомандующего – комиссар госбезопасности третьего ранга Нина Викторовна Антонова.

– Так значит, товарищ Антонова, тайная дипломатия? – хмыкнул в усы вождь, выслушав доклад комиссара третьего ранга Антоновой.

– Да, товарищ Сталин, тайная дипломатия, – подтвердила та. – Этот Минору Гэнда – доверенный человек адмирала Ямамото, способный тактик и разработчик первой и, скорее всего, второй атаки на Перл-Харбор, а также, возможно, панамской десантной операции…

– А если все это… провокация? – усмехнувшись в усы, спросил Сталин.