Разворот на восток

 – Дело в том, что уже сейчас представители национальных советских элит предпочитают отдавать своих детей не в национальные, а в русские школы, потому что качество образования в них выше, и по их окончании имеется возможность поступать не только в местные национальные, но и в общесоюзные вузы. А национальные школы – это для детей простонародья, которые выше тракториста или полевого бригадира не поднимутся. Русский язык там тоже учат, но на таком уровне, что потом в армии сержанты вынуждены проводить обучение заново, приводя новобранцев к общепонятному состоянию. Вот и получается, что в глухих аулах и кишлаках русский язык является секретным языком взрослых мужчин, ибо его не понимают ни женщины, ни дети. А еще наивные дети природы верят, что Всевышний не понимает по-русски, а потому матерятся на нем напропалую…

– И что вы, товарищ Антонова, в связи с этим предлагаете? – пряча улыбку в рыжеватые усы, спросил вождь. – Запретить националам материться по-русски?

– Отнюдь нет, – ответила та, – пусть себе матерятся, только негромко. Я предлагаю чисто национальной оставить только начальную школу, и главной ее задачей сделать подготовку к дальнейшему обучению ребенка на русском языке. Если нам предстоит сломать различные местные национально-культурные доминанты, заменив их одной общесоветской, то школа является наилучшим местом для этой ответственной работы. Результат наступит не скоро, лет через двадцать или даже сорок – но он будет радикальным, и Советский Союз после такого переустройства простоит еще многие сотни лет, а не всего лишь полвека.

– Пожалуй, вы правы, товарищ Антонова, – немного подумав, сказал Верховный, – мы и сами собирались предложить нечто подобное, только вы сформулировали это раньше. Поэтому так мы и сделаем, а те, кто будет противиться этому решению, пусть сами винят себя в своих же несчастьях.

7 декабря 1943 года. 22:45. Москва, Кремль, кабинет Верховного Главнокомандующего.

Присутствуют:

Верховный Главнокомандующий – Иосиф Виссарионович Сталин;

Специальный консультант Верховного Главнокомандующего – комиссар госбезопасности третьего ранга Нина Викторовна Антонова.

Пятого декабря в Норвегии, Дании, Голландии, Бельгии, Франции и Италии прошли выборы в учредительные собрания будущих советских республик. И два дня спустя, как только из кабинета Сталина вышел Василевский, который доложил график движения эшелонов, везущих на Дальний Восток все необходимое для проведения Маньчжурской наступательной операции, туда с тоненькой папкой вошла товарищ Антонова. Нельзя сказать, что Верховный доверял ей абсолютно (настолько он не верил и самому себе), но пока ее рекомендации приносили одну политическую победу за другой, к ним каждый раз неизменно прислушивались.