Восточное наследство

Короткая черная стрижка по новой моде начала века, уверенная косметика на грани приличия. Сетка мелких морщин.

«Лет тридцать пять, тридцать восемь», — предположил Ерожин. Брат и сестра говорили очень тихо. Гарик что-то объяснял Гале, та слушала и кивала. Ерожину показалось, что брат дает сестре какое-то наставление. Гарик зыркнул в его строну, Ерожин подошел к Гале.

— Извините меня, ради Бога, что я вас отрываю от поклонника. Можно к вам в салон привести жену?

— Приводи, — ответила Галя.

— Часов в шесть вечера, если без очереди? — улыбнулся Ерожин. — У меня сегодня презентация. Хочу, чтоб моя половина не подкачала.

— Веди ко мне. Я сегодня до конца. Авансик подбросишь — подержу кресло, — улыбнулась в ответ Галя.

— Ладно, вы договаривайтесь, мне пора, — сообщил Гарик и побежал к своей «Хонде».

Ерожин поблагодарил Галю и, вытащив сто тысяч, вручил женщине.

— Могу надеяться? — кокетливо спросил он — Надейся. Я и тебя могу постричь, только прическа у тебя коротковата, — сказала Галя, пристально разглядывая Ерожина. — А ты не мент?

Ерожин, заметив в глазах Гали женское любопытство к своей персоне, не растерялся:

— Поднимай выше.

— Комитетчик?

— Угадала. Только бывший. Теперь фирмач, — подмигнул Ерожин.

— Все вы теперь фирмачи. Ладно, приводи жену, — разрешила Галя и, махнув в сторону кресла, добавила:

— Некогда мне. Клиентка небось задубела.

Выйдя на улицу, Ерожин огляделся. Оперативники уехали за «Хондой». Он внимательно осмотрел три ближайшие машины и в одной наметанным глазом обнаружил женщину, внимательно изучающую за рулем журнал мод.

— Наша, — вычислил Ерожин и зашагал по широкому тротуару Нового Арбата.

До больницы на Красной Пресне он дошел пешком. Ерожин любил ходить. Но просто так гулять по Москве обычно не получалось. И теперь он с удовольствием отмахал километра три. Конец мая выдался жаркий. По столице фланировали красивые девчонки. Ерожин от метил, что во времена его молодости красотки встречались реже. Теперь — куда ни глянь.

Разглядывая красивых молодых женщин, он с гордостью подумал, что его Надя всем даст фору. Такой необычной, утонченной красоты Ерожин раньше не видел. Он вынул телефона позвонил Боброву."

"— Познакомился с сестренкой, — сообщил он и попросил Боброва заказать его личное дело и выписать точные даты его азиатской командировки двадцатилетней давности.

— Зачем тебе? Мемуары решил писать? — удивился Бобров, но пообещал.

Саркисов после Нового Арбата действительно отправился на работу. Ерожин подсел к ребятам в машину и понял, что хочет есть.

— Дима, сходи в магазин. Принеси чего-нибудь пожевать, — попросил Ерожин и выдал Вязову деньги. — И попить.

— Чего попить? Фанты? — спросил Дима, вылезая из машины.