Восточное наследство

В райцентре родительницу негритенка отыскали за полчаса. Это был единственный черный ребенок в городе, и его знало чуть ли не все население. Мать мальчика, крупная женщина с крашеными в желтый цвет волосами и монументальными формами, не отличалась строгостью нравов. Отец ребенка приезжал в Тольятти, где и произошел их недолгий роман. Молодой инженер из Эфиопии, скорее всего, вернулся в Африку, не подозревая, что на волжских берегах у него растет наследник. Светлана, так звали мамашу, рассказала, что два месяца назад какой-то молодой мужчина попросил у нее сына якобы для съемки, на день-два.

Она получила за прокат двести тысяч и очень удивилась, когда ей позвонили и предложили забрать ребенка в тот же день в поликлинике.

Что она и сделала. Больше от Светланы ничего добиться не удалось. Фотографию Фатимы она твердо опознать не смогла, хотя до конца не отвергла. Ерожин позвонил Шуре и, еще раз поблагодарив за гостеприимство, спросил, не помнит ли она, почему повезла внука в поликлинику именно в тот день? Шура подумала и ответила, что из поликлиники звонили и назначили час приема. Тогда Петр Григорьевич поинтересовался, звонили ли из поликлиники раньше или такой практики до злополучного приема не существовало. Но и тут ничего интересного Ерожин не услышал. До двух лет дети находились под постоянным надзором, и даже врач или сестра пару раз наведывались в городскую квартиру Шуриного сына.

Ерожин все же порылся в регистратуре и совершенно неожиданно обнаружил, что деревенского телефона Шуры в карточке ребенка нет. Имелся только городской телефон и адрес.

Тогда Ерожин решил действовать по-другому.

Он приехал в районное отделение ГАИ и, дождавшись восьми, когда сотрудники меняют смены, попросил вспомнить, кто из инспекторов два месяца назад обратил внимание на иногороднюю машину. Скорее всего, с московскими номерами. Машина должна была болтаться здесь несколько дней. За один день невозможно выследить Шуру, разузнать о ее внуке, вызвать в поликлинику, чтобы напугать негром, — все это требует времени."

"Ерожину наконец повезло. Один из инспекторов помнил, что оштрафовал водителя иномарки за превышение скорости. Машина несколько дней попадалась ему на глаза и, кроме водителя, чернявого парня, там сидела пассажирка. Ерожин на всякий случай показал инспектору фото Фатимы, и тот ее опознал. Не очень твердо, слишком много прошло времени, но опознал. Порывшись в квитанциях, ГАИ выдала Ерожину марку машины и имя владельца. Марка машины «Хонда», номер АУ 183-77. Это означало, что автомобиль зарегистрирован в Москве и принадлежит Гарику Ашотовичу Саркисову. Ерожин отзвонил на Петровку, сообщил номер «Хонды» и фамилию владельца. И попросил установить за ним наблюдение. В случае контакта с Фатимой брать обоих.