Восточное наследство

В стальном шкафу загорелась маленькая лампочка. Ерожин методично вынул пять толстых пачек стодолларовых купюр, пакет с золотыми монетами и папку с бумагами.

Вышел в холл и вернулся со своим маленьким чемоданчиком. Взял пакет с монетами, раскрыл его и высыпал золотые кружочки обратно в сейф. Туда же вернул одну пачку долларов, а четыре упаковки вместе с папкой убрал к себе в чемодан. После чего запер сейф, протер дверцу носовым платком, вернул ковер на место, а чемоданчик в холл. Проделав все это за несколько минут, Ерожин присоединился к Мухобад. Она нежилась в душе и, когда вошел Ерожин, направила шланг на него. Ерожин поцеловал девушку, погладил ее влажные волосы и притянул к себе. Мухобад его отстранила.

— Нельзя, я уже омылась. Теперь это грех.

— Почему? — рассмеялся Ерожин.

— Не смейся. Мусульманка может отдаться мужчине, но потом должна омыть себя. У нас даже есть специальные сосуды с длинным горлышком. Ты видел их на базаре. Эти медные кувшины называются кумганы. Даже в пустыне, прежде чем заниматься любовью, любая женщина проверит, есть ли в кумгане вода.

Если воды нет, она откажет возлюбленному.

Оставляя мокрые следы на пыльных полах дома, они вернулись в спальню."

"— Давай уйдем отсюда, — попросила Мухобад. — Я все время вижу перед собой его раздутый труп. Что ты хотел посмотреть?

— Я уже все посмотрел, — улыбнулся Ерожин.

Они катили по ночному городу. Мухобад положила голову на плечо Ерожина.

— Не уезжай, — попросила девушка.

— Глупенькая, что мне у вас делать? Я русский, а у вас теперь своя страна. Кому я нужен? — улыбнулся Ерожин и обнял Мухобад свободной от руля рукой.

— Такой, как ты, везде нужен, — убежденно возразила девушка и грустно спросила:

— Я больше тебя не увижу? У тебя дома жена, дети?

— У меня жены пока нет. Есть невеста. А с женой я давно разошелся. Куда едем? — спросил он.

— Я живу в микрорайоне. Знаешь дорогу?

— Знаю, — ответил Ерожин и подумал, что дорогу в микрорайон этого городка он и вправду прекрасно знает.

— Хочешь, я поеду с тобой? У тебя будут две невесты. Аллах это разрешает, — предложила Мухобад.

Ерожину очень нравилась эта нежная смуглая узбечка, и он ответил, чтобы ее не обидеть:

— Если твоему Аллаху и моему Богу будет угодно, мы еще увидимся.

Возле подъезда Мухобад чмокнула Ерожина в щеку и сунула в руку бумажку с адресом и телефоном.

Ерожин, вернувшись в гостиницу, оставил казенную машину у входа. Предупредил швейцара, чтобы тот приглядывал за чужой собственностью, и поднялся в номер. Время перевалило за полночь. Ерожин улегся на гостиничную койку, оглядел свой люкс, казавшийся после дворца Шахерезады покойного Вахида жалкой конурой, и, вспомнив танцующую Мухобад, с улыбкой подумал: ""Ну и подлец же я.