Восточное наследство

Гостиная исполняла функции конференц-зала, а в остальных работали шесть сотрудников фонда — юрист и пять экономистов.

Сева уселся за свой стол. Бодрович и Стаховский устроились рядом. Ерожин занял диванчик на отшибе. Секретарь Рудик принес кофе.

Кроткин принципиально не держал смазливых девчонок, считая, что, во-первых, это отвлекает, во-вторых, мужчина не тратит время на косметику и зеркало и не страдает от критических дней…

Сева не прикоснулся к кофейной чашке:

— Я вас слушаю, господа.

Пан Стаховский, показав в улыбке белоснежный набор зубов, предложил начать Бодровичу.

— Господина Бодровича я привез в качестве помощника и секретаря. Ему и слово.

Бодрович долго и путано объяснял, что, согласно договору, подписанному Михеевым в Лондоне, господин Стаховский прибыл в Минск для работы над проектом. Польская фабрика пластмассового оборудования уже приступила к подготовке работ, и пан Стаховский имеет при себе чертежи. Не предполагая, что с господином Михеевым случилось несчастье, и совершенно уверенный в том, что Фонд обо всем осведомлен, пан Стаховский только из соображений этикета попросил его, то есть Бодровича, поставить в известность господина Кроткина о начале практических работ.

— Где контракт? — сухо спросил Сева.

Стаховский открыл портфель крокодиловой кожи, извлек бумагу и протянул Кроткину:

— Ксерокопия, — пояснил поляк. — Оригинал в Варшаве, в сейфе нашей фирмы.

Пока Кроткий разглядывал документ, Ерожин разглядывал Стаховского. Бодрович его не интересовал. Петр Григорьевич сразу отвел минскому еврею место шестерки. Внешность пана, наоборот, показалась Ерожину весьма любопытной. Петр Григорьевич никогда не видел Михеева живым. По телу убитого трудно составить представление о человеке. Но свое представление о Фоне подполковник имел.

И теперь, глядя на холеного породистого пана Стаховского, он пытался представить, как складывались их отношения.

— Извините, господа, — сказал Ерожин. — Могу я задать вопрос нашему польскому гостю?

— Барон Стаховский к вашим услугам, — улыбнулся поляк.

— Как вы познакомились с Михеевым?

Стаховский положил ногу на ногу и небрежно откинул голову в сторону Ерожина. Стаховский знал, что красив, и немного кокетничал даже в обществе мужчин. Правда, красота барона отдавала опереттой. Поляк выдержал небольшую паузу и, только убедившись, что его ответ дойдет до Кроткина, сообщил:

— С Афанасием Фроловичем Михеевым меня имел честь познакомить доктор Смит в собственном доме. Затем я имел удовольствие обедать с московским гостем в ресторане «Блю Элефант», где отметили подписание контракта.

— Вас рекомендовал Вилли? — заинтересовался Кроткин.

— Доктор Вилли Смит имел честь представить мне своего московского друга.