Восстающая из пепла

"

"– Я вас заждался, терра Ортен, – даже не видя лица Максиана, уже понимала, что он взбешен. Что опять случилось? Почему он не оставит меня в покое?

– Зачем вы меня ждали? – отработанными пассами осветила чердак и прибавила отопления. Максиан был в шелковой рубашке стального цвета, небрежно расстегнутой на груди. Нашейный платок развязан и свисает с обеих сторон ворота. Волосы взъерошены. Сюртук снятый лежит на кресле так, будто его просто запустили издалека.

– Я бы не смог уснуть. Хотел быть уверен, что вы вернетесь, а не останетесь у своего кавалера. Признаться, я был уже уверен, что вы так и поступили.

– Да какое вам дело?! – взбесилась не на шутку.

– Я тебя люблю! – прорычал Максиан.

Я впала в ступор, не в силах поверить. Да ещё диссонанс вызывал тон его признания. Я не любитель романтических книг. Так что только могу предполагать, что признания в любви произносятся с менее свирепым выражением лица. Может, даже с улыбкой на лице. Ну и антураж, наверное, должен быть другим. Ну там, розы, свечи, вкусная еда. У меня, конечно, чердак всем чердакам чердак. Но все равно, странно это.

Может, я чего-то не понимаю, и мужчины не бывают рады внезапной влюбленности? Но что-то Максиан уж совсем не рад. И смотрит так, будто я виновата во всех бедах мира. Как мне реагировать? Схватиться за сердце и хлопнуться в обморок. И не просыпаться. Ему надоест ждать, и он уйдет. Ага, как же.

Случись признание раньше, до предложения договора, до пущенных им слухов, до выяснения отношений – я бы обрадовалась. Даже не задумываясь, ответила бы взаимностью. Я ведь тоже влюбилась, страдала, когда поняла, что продолжать отношения глупо. Так что сейчас его признание вызывало лишь легкую горечь, какую-то ностальгию по несбывшемуся. Да и что меняет его признание? Брак он мне не предложит, я уже не хочу быть с ним ни просто так, ни по договору.

– Скажи что-нибудь!

– Простите, рьен фон Нейкер, я не могу ответить вам взаимностью, – старалась говорить мягче. Не хотела оскорблять его. Вряд ли ему было легко признаваться в чувствах к простолюдинке.

Черты лица Максиана окаменели. Я надеялась, что разговор на этом исчерпан. Повернулась к двери и даже сделала несколько шагов. Максиан быстро нагнал меня, обогнув софу. Развернул меня к себе за плечи. Пискнуть не успела, как он поцеловал меня. Напомнило наш первый раз. Тогда он тоже подавил меня своим напором, страстностью. Сегодня я не поддавалась. Наоборот, пока своими силами пыталась высвободиться из удушающих объятий. А еще я ощущала запах какого-то крепкого алкоголя. Он еще и пьян, замечательно. Каким-то образом я умудрилась отвернуться. Его губы прижались к моей щеке.

– Ответь мне, – попросил он, тяжело дыша. Его руки тем временем пытались совладать со шнуровкой платья на спине.