Запретные воспоминания

Выглядела она так же, как всегда: слишком вызывающий макияж, слишком приторный запах духов, правда не такой сильный, как раньше, слишком облегающий белый халат, не привычный костюм, а именно халат, позволяющий носить юбку и открывать ноги, слишком высокие каблуки. Фирменной слишком сладкой улыбки на лице, правда, не было. Знает или догадывается?

– Здравствуйте, Владимир Николаевич, – сказала она, входя. – Приглашали?

Радецкий коротко кивнул, потому что в данный момент совершенно не хотел желать этой женщине здоровья. Вместо него это сделал Зимин.

– Здравствуйте, Елена Михайловна. Вы меня помните? Я следователь Зимин Михаил Евгеньевич. Владимир Николаевич вызвал вас по моей просьбе. Я расследую уголовное дело, связанное с двумя убийствами, произошедшими в больнице.

– Насколько мне известно, в больнице произошло только одно убийство, – Валуева прошла к столу для переговоров и без приглашения села, явив обоим мужчинам свои длинные ноги, обтянутые тонким капроном.

При виде этих ног Радецкого почему-то передернуло. Слишком крупные, с большими ступнями и не очень изящными лодыжками, они были далеки от совершенства.

– Вы правы, – невозмутимо сообщил Зимин. – В больнице совершено одно убийство, а за ее пределами – второе. В первом случае погибла пациентка, во втором – ваша коллега. И мы считаем, что вы можете быть причастны к обоим этим преступлениям.

– Коллега? – Валуева изогнула тщательно прорисованную бровь. – Медсестра не может быть мне коллегой. Не тот уровень, уважаемый.

От этого неприкрытого снобизма Радецкого передернуло второй раз. Он не был брезгливым человеком, не подходящее это качество для хирурга, и змей не боялся, и жаб, но при виде Валуевой почему-то испытывал смесь омерзения и брезгливости.

– И какое отношение я могу иметь к этим убийствам, вообще не понимаю, – продолжала та."

"– Постараюсь объяснить, – Зимин был так непробиваемо спокоен, что Радецкий невольно залюбовался им. Он вообще любил смотреть, как люди хорошо выполняют свою работу. – Следствием установлено, что поводом для убийства Юлии Кондратьевой стало посланное ее бывшему молодому человеку Николаю Попову видео, на котором видно, что между Кондратьевой и Королевым существовали близкие отношения. Это видео снято и отправлено медсестрой того же кардиохирургического отделения, в котором работала и убитая, Лидией Селезневой. Та уже дала признательные показания.

– И что? – Валуева дернула округлым плечом.

– А то, Елена Михайловна, что Селезнева также дала показания, что снять видео и отправить его Попову ее надоумили вы.

– Врет, – равнодушно сказала Валуева. – Как вы собираетесь это доказать, если в данном случае ее слово против моего? Ничего я ей не советовала.