Воспоминания о счастье

Я откладывала деньги, тратя на себя как можно меньше, но все равно не смогла накопить достаточную сумму. И тогда… тогда… когда в клинике сказали, что отцу придется покинуть ее, я поняла, что должна сделать все возможное, чтобы этого не произошло.

Внезапно Софи резко подняла голову и взглянула на Никоса. Выражение ее лица было жестким, а в глазах застыла та же безучастность ко всему, как и тогда в такси, когда он заставил ее уйти с проливного дождя.

— И если это означало работать в эскорте, то что? Я должна была достать деньги! Должна была! Содержание отца в клинике — все, что имеет значение! К тому же… — ее голос снова сорвался, — он никогда не узнал бы, как я зарабатываю деньги! — Софи метала в Никоса разъяренные взгляды. — Вот почему я занималась этим! И по этой же причине я взяла твои деньги! Теперь ты знаешь! Но зачем тебе нужно было это знать, я не представляю! Для тебя ведь это ничего не значит, Никос, ничего!

— Ты ошибаешься, — произнес он. — Это очень много значит для меня.

Их взгляды встретились, соединяя сердца, которые столь давно были разъединены пропастью.

Самые разные чувства переполняли душу Никоса, но у него еще оставались вопросы, от которых зависело их будущее.

— Почему ты отдалась мне тогда, в особняке, Софи? — тихо спросил он.

Ее глаза забегали, словно она пыталась отыскать приемлемую отговорку.

— Почему, Софи? — спросил он снова тем же тихим, напряженным голосом.

Она не отвечала.

— Мы наслаждались друг другом, — еще тише сказал Никос. — Ты не можешь это отрицать. Мы испытали блаженство. — Он замолчал. — А потом ты ушла. Почему, Софи?

Медленно, как будто каждое слово давалось ей с трудом, она ответила:

— Я должна была. Я не могла… не могла выносить это снова. Не смогла бы вынести твое презрение. — Лицо Софи исказилось. — Твою ненависть, как четыре года назад! Я не смогла бы снова пережить это! — Она содрогнулась. — Не в этот раз, когда я была ни в чем не виновата! — Софи взглянула на Никоса полными боли глазами. — Но ты бы не поверил мне, да это и понятно после того, что я сделала! Клянусь, Никос, я была не виновата! Но ты уже знал, что мне отчаянно нужны деньги, и, если бы ты увидел, в каком состоянии находится мой отец, ты бы посчитал, что я так же виновата, как и четыре года назад! — Ее лицо снова исказила мука и ненависть к себе.