Воспоминания о счастье

Никос оцепенел:

— Что ты сейчас сказала?

Софи испуганно посмотрела на него:

— Прости! О, прости меня, Никос! Мне не следовало этого говорить. Я просто очень переживала насчет отца, а теперь я так рада, что можно наконец перестать об этом волноваться, и…

Никос не дал ей закончить фразу. Он вырвался из ее объятий и поднялся, чтобы посмотреть сверху вниз на Софи, на ее прекрасное, белоснежное, стройное тело, которым совсем недавно обладал.

Он понял цену, которую ему придется заплатить за это счастье.

— Никос? — взволнованно пробормотала Софи.

Что ж, у нее были причины для беспокойства — добыча была готова ускользнуть. Он спокойно стал одеваться, хотя внутри него горел пожар.

— Никос? — дрожащим голосом произнесла Софи. — Куда… куда ты идешь?

— Куда? — холодно переспросил он, застегивая пуговицы на рубашке. — Обратно в отель, разумеется.

В тусклом свете спальни Никос мог видеть тело Софи во всей его красоте.

— Неужели ты действительно думаешь, что я спасу компанию твоего отца ради тебя, ради счастья обладания твоим телом? Ты считаешь, что, отдав мне невинность, непременно выйдешь за меня замуж, и я вытащу вашу фирму из долговой ямы, чтобы ты могла продолжать жить как дочка богатенького папочки?

Никос смотрел на Софи, и все, что он о ней думал, легко читалось в его пылающем взгляде.

— Ты ведь именно так все спланировала, да? — На мгновение Никос замолчал. — Ты достойна презрения!

Сказав это, он развернулся и вышел из спальни, но не успел дойти до лестницы — Софи выбежала за ним следом.

— Никос! Нет, пожалуйста! Прошу тебя, не уходи! — рыдая и цепляясь за него, молила она. Но Никос оттолкнул ее.

— Довольно! Игра окончена, Софи. Окончена, — повторил он на прощание и начал спускаться по лестнице. Последнее, что он слышал, — это рыдания Софи, беспрестанно повторяющей его имя.

Глава 10

Машина мчалась по дороге, направляясь обратно в центр Лондона. Казалось, Софи наконец уступила и теперь тихо сидела, более не выражая протеста. Глаза ее были закрыты. Напряженность и бесконечная усталость сквозили в каждом ее движении. Никос оставил Софи в покое. Машина — не место для серьезного разговора. Он снова начал просматривать бумаги. Но слова казались ему бессмысленными. Только одно сейчас имело значение.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они наконец оказались у одного из отелей, принадлежавших Никосу, и водитель открыл дверь для Софи. Она выбралась из автомобиля, а на улице ее уже поджидал Никос, следивший за тем, чтобы она не попыталась сбежать. Но Софи неподвижно стояла, поэтому он крепко взял ее под локоть и повел в отель. Она продолжала молчать до тех пор, пока они не оказались в номере.

— Нам нечего друг другу сказать, Никос.