Суббота Воскресенского

Соленья и варенья у порога – это, конечно, хорошо, но в магазин пойти все равно придется. Хлеб, молоко, овощи, сыр, колбаса – все это предстоит купить. Дома ничего нет.

Через пять минут Ариадна уже спускалась вниз, а еще через полчаса возвращалась из соседнего супермаркета, груженная пакетами с продуктами. Зайдя в подъезд, она остановилась перед почтовыми ящиками. Все же ее давно не было. Вдруг пришло что-то важное?

Кроме многочисленной рекламы и счетов для оплаты она вынула запечатанный конверт. На конверте от руки было написано всего одно слово: «Ариадне».

Письмо? Ей? От кого?

Заинтригованная, Ариадна положила свою находку в пакет и стала подниматься.

Что это такое? Может, кто-то просто балуется?

Ариадна сразу письмо не открыла – тянула время. Сначала она вымыла руки, потом разобрала продукты, потом пристроила банки из Рязани, потом налила в чайник воду, включила его и только лишь потом взяла в руки конверт. Некоторое время она смотрела на свое имя и наконец решилась – открыла.

В конверт был вложен небольшой лист. Почерк не сказать что красивый. Так себе почерк, но разборчивый.

Они созванивались каждый день, и Эжени упорно молчала о своем партнере. Дан ждал. Но разговор все время переходил то на его скорую предзащиту, дату которой все же назначили, то на гениальность Циммермана.

– Ты не представляешь, как он умудряется соединять отдельные номера в один общий спектакль! Как это у него все в голове складывается? Потрясающе.

– Да, потрясающе, – соглашался Дан и ждал.

Изводил себя ревностью, представлял, как после тренировки Женя с Сеней куда-нибудь идут. Может, даже в тот ресторан, где их фотографировали. Она ему улыбается, будто ничего и не было. Не было травмы, предательства, прощания со спортом.

– Эжени, скажи, а с кем ты катаешься? – Дан все же не выдержал, задал этот вопрос.

Он специально вышел в коридор, чтобы никто не слышал. Через двадцать минут очередное совещание. Новый продукт – обучение иностранных детей русскому языку через компьютерные игры-задания – почти готов. Остались завершающие детали и организационные моменты. А Дан совсем не может думать о программе и предстоящем совещании. Он может думать только о том, что где-то в Сочи Женя целые дни проводит со своим бывшим партнером и счастлива.

– В смысле? – она прекрасно играет в непонимание.

– Ты говорила, что у тебя будет сольный танец. Ты его одна катаешь или с партнером?

– С партнером. Слушай, как раз хотела тебе сказать, что совершенно неожиданно сюда приехал Сеня и… в общем, вполне закономерно, что Циммерман поставил нас вместе в пару.

И голос такой фальшивый. Такой оптимистично-фальшивый.

– Давно приехал? – поинтересовался Дан.

– Да нет… буквально на днях. У него партнерша с травмой, и так получилось, что мы скатанные.