Суббота Воскресенского

И получается, что Дан теперь кто? Глава семьи? По всему выходило так. Ведь он мужчина.

Дан не спрашивал, кто отец ребенка, понимая, что, если ему не сказали, значит, не все так гладко в маминой личной жизни. Сказать по правде, до этого разговора он был почти уверен, что у мамы личной жизни нет. И был не против, если бы она появилась… но к таким последствиям Дан оказался не готов абсолютно точно.

Тем не менее он был уже достаточно взрослым, чтобы понять – жизнь непредсказуема и зачастую складывается совершенно не так, как хочется или как планируешь.

Еще совсем недавно Дан даже предположить не мог, что Эжени примет участие в масштабном ледовом спектакле и уедет надолго. Он думал, что они будут жить вместе, он – после защиты диссертации полноценно работать, она – тренировать детей…

Они созванивались каждый день, и еще переписывались, и обменивались фотографиями. В Сочи была совсем весна, небо высокое, солнечное, не то что московская хмурая мартовская унылость. Хотя и здесь солнце начало показываться гораздо чаще.

Эжени рапортовала о репетициях и была абсолютно счастлива. Это чувствовалось по голосу.

– Я видела эскизы костюмов. Спорим, ты меня не узнаешь?

– Это будет нечто грандиозное! Просто вау-размах!

– Лед олимпийский. Представляешь, премьера на олимпийском льду!

Он представлял. Он задавался вопросом, не перечеркнет ли так захватившая ее новая жизнь прежнюю? Их, совместную.

Но Женя звонила, и это означало, что Дан продолжал занимать место в ее жизни. Он знал, где она живет, какой диеты придерживается, сколько километров бегает по утрам, какая музыка будет звучать в спектакле и даже то, что предполагается живой вокал молодой, но очень талантливой певицы Вавы.

– Мы с ней познакомились, классная девчонка!

Про беременность мамы Дан не рассказывал. Это не тема для телефонного разговора и вообще… это не то, о чем он был готов беседовать.

Да, жизнь изменилась, и он теперь – глава семьи. Их с мамой семьи.

Дан снова стал жить на два дома. Если честно, ему хотелось остаться у себя, но за мамой теперь необходимо приглядывать. Он чувствовал свою ответственность. Поэтому несколько раз в неделю они ужинали вдвоем, и он играл ей вечерами что-нибудь тихое, спокойное.

Играл. Думал о Эжени. Готовился к предзащите.

Каждое утро начиналось с пробежки. Женя выходила из номера, надевала наушники и направлялась к набережной, вдоль которой была проложена отличная беговая дорожка. Бежать, слушать музыку, любоваться морем, вдыхать чистый йодированный воздух – это ли не счастье? В Сочи весна цвела, даря людям радость и красоту.

На олимпийском сочинском катке вовсю шли репетиции будущего спектакля. Женька пребывала в непроходящем восторге.