Суббота Воскресенского

Полина повернула голову и посмотрела на Олега. Он выглядел напряженным и уставшим.

– Нам надо поговорить.

– Я хочу все объяснить.

– Надо, – твердо сказал он и стал говорить о том, что не видел свою бывшую жену очень давно и что ключи эти она, по ее словам, потеряла.

Теперь ключи у него, а приходила Надежда, чтобы передать бумаги, которые случайно нашлись в старинном буфете, и, возможно, данные бумаги как-то связаны с Отрадным. Хотя, может быть, и нет.

Даже если все это правда, Полина почему-то не чувствовала облегчения.

За прошедшие дни, заставив себя успокоиться, Полина говорила себе, что приход бывшей жены ничего не значит и глупо вести себя как истеричка. Все может быть совсем не так, как кажется. Наверное, в глубине души она уже была готова к подобному объяснению.

Но понимание, что как прежде все равно не будет, не позволяло сказать: «Проехали, давай продолжим с того места, на котором закончили». Произошедшее только лишний раз показало, насколько хрупки человеческие отношения. А Полина в тот вечер предпочла Олегу не поверить.

– Я все поняла, – тихо сказала она. – Мне нужно время.

– Хорошо. – Олег стоял с непокрытой головой, и Полина думала, что ему, наверное, холодно. – Пойми, я не хочу недоговоренностей, и я не хочу вот так, по недоразумению…

– Я понимаю. Я тебе сама позвоню. И мы поговорим, – сказала она мягко.

Открывая дверь машины и садясь в салон, Полина увидела Свешникова. Он был в темном пальто с телефоном в руках и направлялся к спецстоянке. Потом на секунду остановился и бросил взгляд на машину Полины.

Наверняка услышал окончание ее разговора. Полина не любила делать свою личную жизнь достоянием публики. Хотя ничего особенного не сказала. В конце концов, фраза «я позвоню» может относиться к чему угодно.

Двадцатиминутный перерыв между тренировками подходил к концу. Женька в буфете доедала булочку, ругая себя за мучное и давая честное слово, что отработает на катке. А вообще, со своей любовью к майонезным салатам и выпечке пора заканчивать.

Каждый раз, когда Женя покупала в буфете булочку, она обещала себе, что это последняя. И каждый раз обещание не сдерживала. Беда прямо с этим буфетом.

Телефон зазвонил, когда от булочки остались одни крошки, а Женя допивала чай.

На дисплее высветился незнакомый номер. Она пару секунд раздумывала, принять звонок или нет, и все же решила ответить.

– Да. – Голос на том конце показался смутно знакомым.

– Здравствуй, это Лев Циммерман.

Хорошо, что в тот момент Женя сидела, потому что сначала все как-то резко поплыло перед глазами, а потом накрыло сильное волнение. Неожиданный звонок.

– Ты можешь говорить?

Сердце стучало так, что пульс отдавался в висках, и Женя боялась не услышать слова, не понять их.