Суббота Воскресенского

Тошнота медленно отступала, только легче от этого не становилось.

Надежда была гораздо моложе Олега. Красивая, ухоженная. Зачем в таком случае он связался с Полиной? Захотел разнообразия?

Да, унижение и стыд. Больше ничего. Остальные чувства придут потом.

Открыв наконец дверь ванной, Полина столкнулась в коридоре с Олегом.

– Ты все неправильно поняла.

– Конечно. Ты мне потом объяснишь, а сейчас мне надо домой, – она очень старалась держать себя в руках.

– Полина, – Олег взял ее за локоть.

Голос его звучал тихо и спокойно, так говорят с больными и капризными детьми.

– Мне надо домой, – повторила Полина. – Сейчас все равно поговорить не получится.

Он ответил не сразу, что-то высматривал на ее лице, а потом опустил руку и сделал шаг в сторону, пропуская:

Полина хотела как можно скорее покинуть этот дом, но руки совершенно не слушались. Там, за стеной, находилась эта женщина – бывшая жена, которая так легко сегодня вошла в его квартиру.

Олег безмолвно стоял рядом и наблюдал за ее неловкими движениями. Надев сапоги, шубу, накинув шелковый платок и взяв сумку, Полина обернулась к нему – попрощаться.

И сделала это безмолвно – глазами. Он было потянулся, но она выставила руку вперед, а потом открыла дверь и вышла.

– Надо же, какая пугливая, – сказала Надин, когда Шевцов вернулся в комнату.

– Ты же сказала, что потеряла ключи, – произнес он холодно.

– А потом нашла, – она мило улыбнулась, устроившись на диване и закинув ногу на ногу.

– Раз нашла, придется вернуть.

Раньше, когда Надин вела себя так игриво, Шевцов не мог долго сердиться. Но это было давно. И это была любовь. Потом, когда любовь исчезла, игривость испарилась вместе с ней. После развода Надин даже вернула себе девичью фамилию. А когда позже отношения наладились – два историка всегда где-нибудь пересекутся, – они стали напоминать точечное сотрудничество.

На замечание бывшей жены Шевцов ничего не ответил – отвернулся.

Полина ушла – резко и внезапно. Ей надо дать время успокоиться, и тогда он все объяснит. Она поверит, она умная женщина.

– Я все испортила, да? – голос Надин стал серьезным. – Ну, прости.

Шевцов снова не ответил.

– У тебя с ней серьезно?

– Вообще, я принесла тебе подарок. Письма.

– Письма? – он повернулся и непонимающе посмотрел на бывшую жену.

– Да, письма. Я недавно купила буфет, и там оказались старые бумаги. Моя сотрудница их обнаружила и сказала, что они тебя очень заинтересовали. – Он продолжал непонимающе смотреть, пришлось продолжить: – Ариадна, рыжая девушка, помнишь такую?

– Ариадна? Помню, конечно… Так это ты хозяйка?

– Ну наконец-то, с возрастом ты стал медленно соображать, Шевцов.

Дело не в возрасте. Ушла Полина.