Суббота Воскресенского

– Тебя не пугает бег времени? Еще вчера был Новый год, не успели оглянуться, а уже февраль. Зима на исходе.

– Не могу сказать, что пугает, но жизнь проходит быстро, согласен.

– Ты не хотел бы замедлить ее ход?

– Иногда. Только знаешь, мы ведь сами ее убыстряем. Когда есть спокойные размеренные вечера, ощущение гонки исчезает. Мне кажется, мы можем немного регулировать ход времени. Надо просто постараться.

– Пожалуй, – согласилась Полина.

Мясо было вкусным, чай остывшим, разговор неначатым.

И все же Полина решилась. Решилась в тот момент, когда они перешли в гостиную. Олег собирался показать ей фотографии отреставрированных недавно комнат в усадьбе и искал на полке планшет.

Полина смотрела на его спину, чуть склоненную голову и произнесла:

– Олег, мне нужно с тобой поговорить.

– Я внимательно слушаю.

В это время в двери послышался звук поворачивающего ключа. Замерли оба.

Потом дверь открылась, и кто-то вошел.

Олег сделал предостерегающий жест рукой и направился в коридор. Вскоре послышались негромкие голоса, и в проеме показалась яркая темноволосая женщина. Замерев на секунду на пороге, просканировав Полину сверху вниз, она сделала решительный шаг в комнату.

– Прошу прощения, если помешала, – сказала гостья как ни в чем не бывало.

– Здравствуйте, – произнесла Полина негромко.

Кто эта женщина? Что ей здесь надо? И почему она так легко зашла в эту квартиру?

Полина перевела взгляд на Олега.

– Знакомьтесь, – проговорил он. – Это Полина. А это – Надежда. Моя бывшая жена.

Жена? Бывшая жена? У которой есть ключ от квартиры?!

Полина почувствовала, что ее от этой новости повело и голова закружилась. Пришлось ухватиться за спинку кресла, чтобы не упасть.

Конечно, она знала, что Олег был женат. Он сказал ей об этом в один из вечеров, когда речь зашла о личной жизни обоих. Сказал скупо, в общих чертах. Полина тоже была замужем.

Только вот у Андрея не было ключей от ее квартиры.

При мысли о том, что эта женщина могла войти в дом в любой момент и застать их с Олегом в спальне, стало дурно. К горлу подкатила тошнота.

Господи… И она еще собиралась о чем-то поговорить… ужас какой… У женщин, с которыми все закончено, не остаются ключи от квартиры.

А тошнота не исчезала, так и плескалась у горла. Не хватало еще тут…

– Простите, – сказала Полина, борясь с приступом, и, обойдя Надежду, вышла из комнаты, а потом почти бегом направилась в ванную, включила холодную воду и стала пить прямо из-под крана.

И плевать, что в Москве из-под крана пить нельзя. Лишь бы отпустило.

Унижение и стыд – вот что она чувствовала.

Воображение упрямо продолжало рисовать картину, в которой они с Олегом лежат голые на кровати, а в комнату заходит жена. Пусть бывшая. Но с ключами.

Холодная вода освежала.