Восхождение язычника 4

А тем временем из дома высыпали все домочадцы.

— Брат, — крикнула мне Варна и, подбежав, обняла меня. А после оглянулась и уставилась на весело скалящегося Могуту.

— Ой, — пискнула она. — И ты теперь здесь, — улыбнулась она родичу.

— Ага, — только и кивнул он.

Нас усадили за стол, и Ирина с Варной начали заставлять его снедью. Пока это происходило, я заметил, что Могута с интересом посматривал на Ирину. Как только стол был заставлен, пошел неспешный разговор о житье-бытье. О том, что Ружица их учит и рассказывает о лекарском деле и что они иногда ходят к лесу собирать травы. Вот тут я нахмурился, но меня заверили, что они не одни ходят, а их сопровождают Кастор или Азат, и опасаться нечего. Также рассказали, что Ирина читает мои книги девчатам и пытается учить Варну и Ружицу ромейской письменности, и у них даже начинает получаться.

Спустя полчаса появились Димитр с Паном и Азат.

Поприветствовав друга и познакомив его с Могутой, я поинтересовался, а где Крист.

— Так за товаром остался смотреть и торговать, цены-то он уже знает, — пояснил он.

Посидев немного за столом, мы выбрались и отошли в сторонку, чтобы нашему разговору никто не мешал.

— О произошедшем за городом ты знаешь, — констатировал я. — У тебя здесь как?

Димитр нервно дернул щекой и медленно заговорил:

— Торговля идет. Вот только хуже стала. Будь эти слухи неладны, их только больше стало. Да и новые появились, придумывают всякое.

Я только хмыкнул и вопросительно посмотрел на Димитра.

Поморщившись, он продолжил:

— Говорят, что это ты отравил Добрыню, а после сам вызвался его лечить, дабы обрести княжью и его благодарность. Что мы соглядатаи, отправленные ромейским императором. Также, что ты злой колдун, который на людей порчу наводит, в общем, много разных небылиц, и это все мешает торговле, надо с этим что-то делать.

На секунду я прикрыл глаза, себя успокаивая, глуша злобу, что начала во мне пробуждаться. Теперь уж никаких сомнений у меня не осталось в том, кто за этим стоит. Вот же сучий потрох. Чтоб его черти всю ночь сношали. Прощать подобное я не намерен, да и пропажу Фимета запишем на его счет, помимо слухов и поджога. Просто и незамысловато убью тварь, и все дела.

— Сделаю, обязательно сделаю, — прошипел я. — Ты давай рассказывай, что тебе удалось узнать об этом Людевите.

— Думаешь, это его рук дело? — пробормотал Димитр.

— А больше и некому, ни ты, ни я здесь дорожку никому не перебегали, кроме него. Вот, видать, и мстит за сынульку, — с раздражением ответил я.

— Тоже верно, — кивнул Димитр, соглашаясь с моими выводами. — Так вот, он один из старшин Неревского конца, да и в общем уважаемый человек, Всеслав — это его старший сын с которым ты бился.