Минус восемнадцать

По моему календарю сегодня воскресенье, а по воскресеньям Торговый банк не работает. Так что не успел.

– Я просто подумал, а вдруг вы начали кого-то обзванивать.

– Как видите, у меня много других дел. – Янссон перевернул сосиски щипцами для гриля так, словно это была наука, требующая университетского образования. – Но обещаю на неделе посмотреть, что я могу сделать.

– А о чем идет речь? – спросил стоящий рядом мужчина и отпил пива.

– Да насчет того Петера Брисе, который заехал в Северную гавань. Он только что перешел в наше отделение, и теперь полиция хочет знать, не сделали ли еще какие-нибудь крупные клиенты то же самое.

– Да, я как раз лишился одного такого в пятницу.

Мужчина, явно коллега Янссона, кивнул.

– И кто же это? – спросил Фабиан, почувствовав, что наконец-то пошел клев.

– Ханс Кристиан Свенссон. Или Крис Даун, как он себя называет.

Вообще-то Иб Свейструп любил воскресенья. Когда выходные, которые он обычно украдкой начинал уже в пятницу во второй половине дня, наконец-то входили в ритм и он мог чувствовать себя совершенно свободным. Чаще всего суббота уходила на покупки и массу обязательств, которые придумывала Дорте. Если они не принимали за ужином гостей, то сами шли к кому-нибудь в гости на ужин. Воскресенье представляло собой море свободы, которой Свейструп сам полноправно распоряжался. И неважно, читал ли он, сидя на новой застекленной веранде, или спал в висящем гамаке за домом. Главное – он делал только то, что ему нравилось.

Но не в это воскресенье.

Сегодня он не мог ни читать, ни отдыхать. Иб даже не смог досмотреть до конца «Мосты округа Мэдисон» на недавно купленном проекторе, поскольку то и дело думал о работе. Тогда Свейструп подравнял изгородь, которая по-прежнему упорно росла, как ей хотелось, хотя он использовал удобрения и подрезал ее по всем правилам искусства. Сейчас он мыл машину, которая совсем не была грязной. Все, чтобы отвлечься от, мягко говоря турбулентных, событий последних дней.

Сначала эта окровавленная женщина, которая исчезла вместе с табельным оружием Дуни и Магнуса. К счастью, об этом ничего не было в больших заголовках. Потом убийство этого бездомного. Опять Дуня.

Мало того, она позвонила ему утром на домашний телефон и рассказала о нескольких роликах, которые нашла в сети. По ее мнению, в роликах засняты виновные в так называемых веселых избиениях. Свейструп уже ничего не понимал. Почему нынешние преступники не могут вести себя, как нормальные злоумышленники?

Зная, что дело не в этом, он не мог не думать о том, что без Дуни тут не обошлось. Что именно она так или иначе притянула к себе все эти странные события, а не наоборот. Конечно, это было не так. Она просто пыталась выполнить свою работу, даже если это не входило в список ее рабочих обязанностей.