Воровская правда

Выходило, что часа четыре он не доспал, а следовательно, придется добирать по возвращении. В преклонном возрасте нужно особенно заботиться о здоровье.

* * *"

"В эту ночь Александр Беспалый решил заночевать в собственном кабинете. Благо для этого здесь имелись почти все условия: топчан, одеяло с подушкой и стакан крепкого чая, если вдруг ночью будет мучить жажда. Спалось ему отвратительно как никогда, удалось задремать ненадолго только под самое утро. А тут и вставать пора! Ополоснув лицо, подполковник Беспалый включил чайник, который тотчас деловито зашумел.

Неожиданно, едва постучавшись, в кабинет вошел встревоженный Кузькин. Обычно таких вольностей он себе не позволял, а значит, случилось нечто из ряда вон выходящее.

— Товарищ подполковник…

— Что случилось, мать твою! — в сердцах восклинул Александр Тимофеевич.

— В жилом секторе… — нерешительно начал старший лейтенант.

— Не мямли!

— Заключенные четвертого барака забаррикадировались изнутри и не желают выходить!

— Пуговицу верхнюю застегни! — неожиданно заорал Беспалый. — Не в сельском клубе!

— Виноват, — вытянулся Кузькин и расторопно принялся застегивать ворот.

— Чего они хотят?

— Сказали, что свои требования передадут вам лично в руки.

О том, что вода вскипела, чайник оповестил хозяина негромким щелчком. Беспалый с сожалением посмотрел на пустую кружку. Придется довольствоваться вчерашним чаем. Выпив остатки одним глотком, он направился к двери. Неожиданно зазвонил телефон. А это кто еще в такую рань?

Подняв трубку, он привычно произнес:

— Да.

— Сашок, тебе больше не стоит тревожиться. Он спит, — услышал Александр Тимофеевич голос отца.

Во всяком случае, теперь ему стало не так тоскливо, как всего лишь несколько минут назад. Он хотел ответить, но в уши ударили частые короткие гудки.

— Паники не поднимать. Возможно, это провокация.

— Понял, товарищ подполковник, — устремился старший лейтенант следом.

Беспалый в сопровождении офицеров вошел в жилой сектор. Лагерь был залит светом — точно театральные подмостки. И место для трагедии выбрано очень удачно — тесная локалка, перегороженная поперек высоченными баррикадами.

— Спроси, чего они хотят? — повернулся Беспалый к Кузькину.

Вдруг от барака отделилась сутулуя фигура и направилась в сторону группы офицеров.

— Начальник, у меня к тебе ксива есть, — хрипло прокричал заключенный.

Беспалый посмотрел на говорившего, это был запомоенный зэк с погонялом Курица. Тонкость игры блатных заключалась в том, что на встречу к хозяину спешил не уважаемый пахан, наделенный полномочиями, а забитый и опустившийся зэк, о которого невозможно было вытереть даже ноги, чтобы не поморщиться при этом от брезгливости.