Приговор воров

«Черт возьми, – подумал Щукин, – все-таки, наверное, нужно сходить того… Избавится от лишнего. А потом еще повытрясу у Григория сведений о Студенте».

– Григорий, я на минутку только, ты смотри… не очень-то напивайся. С непривычки развезет. Наскандалишь, и опять туда… Не дай бог, конечно, это я так…

В бутылке Щукина еще оставалось немного водки. Григорий давно жадно посматривал на нее.

Григорий понимающе кивнул и с улыбкой развел руками – мол, какие проблемы?..

Да, действительно – какие могут быть проблемы – в баре-то почти никого не осталось.

– Ты чего будешь пить-то? – спросил Григорий, когда Щукин уже направился в сторону туалета. – Я же вижу – водка не идет у тебя…

В этот момент – не успел Григорий договорить – дверь бара с грохотом распахнулась, и в помещение ввалилась развеселая компания – четверо крупногабаритных, коротко стриженных молодых людей в черных кожаных куртках. Впрочем, молодыми были только трое из них, четвертому – здоровому мужику – лет, наверное, было под сорок.

Вероятно – главный. Пахан, так сказать. Словно отличительный знак, на указательном пальце его правой руки переливался всеми цветами радуги массивный золотой перстень с бриллиантом.

Трое молодых спутников называли его – Петрович.

– Хозяин! – с порога закричал Петрович. – Хо… хозяин! Водки давай!! Шампанского! Шампанского давай! – он властно подбоченился. Покачнулся и едва не упал.

«Черт возьми, а вся компания-то, прямо скажем, безобразно пьяна, – подумал Щукин. – Наглухо… А голос этого Петровича мне кажется знакомым. Только не могу вспомнить – где я его слышал?»

Григорий посмотрел на них с завистью и нескрываемым восхищением.

Бармен, покоренный сверканием чудо-перстня, тут же бросился выполнять приказание Петровича – притаранил за их столик три бутылки водки и пару шампанского.

– Так ты что будешь пить? – повторил свой вопрос Григорий, оторвав, наконец, взор от нетрезвых пришельцев.

– Шампанское, – сказал Щукин первое, что пришло ему в голову, – шампанского я выпью. Девушки любят шампанское, если ты, Григорий, это уже забыл.

– Не забыл! – радостно осклабился Григорий.

Пока Григорий заказывал шампанское и еще бутылку водки, Щукин немного задержался в зале – у открытого окна. Глотнул свежего воздуха в надежде, что ему полегчает и тошнота отступит.

А эти парни, несмотря на то что были сильно подшофе, вели себя довольно прилично – пожалуй, только слишком громко разговаривали. Петрович же вообще никакого участия в разговоре не принимал. Он снял с пальца свой выдающийся перстень и принялся сосредоточенно катать его по столу. Парни затянули какую-то песню.

Щукин спустился в туалет.

Сверху, из зала, глухо звучала пьяная песня, а желудок Николая разбушевался не на шутку.