Воронцов. Перезагрузка. Книга 5

Он провел рукой по своей спине, показывая:

— Видите ли, в нашем теле есть определенные линии — китайцы называют их «меридианами», по которым течет жизненная энергия. Когда эта энергия блокируется — например, из-за перенапряжения мышц — возникает боль. Нужно просто разблокировать эти потоки, и тело само себя исцелит.

«Ценный кадр у меня завелся», — подумал я, но, кивнув, лишь сказал:

— Спасибо, Ричард. Ты меня буквально на ноги поставил.

— Пустяки, — отмахнулся он. — В походах часто приходится помогать товарищам. К тому же, — добавил он с легкой усмешкой, — я в долгу перед вами за гостеприимство и в неоплатном за спасение, так что не благодарите.

Машка, преодолев первоначальное смущение, предложила:

— Может, позавтракаете с нами, Ричард? Анфиса сейчас кашу сварит, да и хлеб вчера она свежий пекла.

Ричард вежливо поклонился:

— С удовольствием, сударыня, если не стесню вас своим присутствием.

— Какое стеснение, — улыбнулся я, натягивая рубаху. — После такой помощи ты желанный гость в моем доме. Садись к столу.

Я чувствовал себя заново родившимся. Только сейчас я понял, насколько измучила меня эта боль, и какое облегчение принесло исцеление. Я мог свободно двигаться, наклоняться, поворачиваться — и все без малейшего дискомфорта.

— Нужно будет научиться этому искусству, — сказал я Ричарду, усаживаясь за стол. — Мало ли когда пригодится. Да и другим помочь смогу.

— С удовольствием покажу вам основные приемы, — кивнул англичанин. — Это не так сложно, как кажется. Главное — знать расположение ключевых точек и уметь правильно на них воздействовать.

— А вы давно этим владеете? — спросила Машка, ставя на стол глиняные миски и нарезая хлеб.

— Около пяти лет, — ответил Ричард. — Я служил в армии, и мы часто бывали в дальних походах. Именно там я и познакомился с китайским мастером. Он был нанят нашим командование и его искусство было настолько ценным, что ему платили большое жалованье за его услуги и обучение наших лекарей.

— Удивительно, — покачал я головой. — В мире столько интересного, о чем мы даже не подозреваем.

Бусинка вернулась в дом и теперь с любопытством и опаской поглядывала на Ричарда. Тот с улыбкой наклонился, чтобы погладить её.

За окном раздались голоса — кто-то подъехал к дому. Машка выглянула в окно и сообщила:

— Степан приехал. Кажется, с каким-то делом.

— Вот и хорошо, — кивнул я. — Как раз хотел с ним поговорить о бане да о доме нашем.

Я обрадовался и чуть ли не вскочил, но Ричард придержал меня за плечо, сказав:

— Егор Андреевич, не спешите, резких движений хотя бы несколько часов делать нельзя, иначе всё то, что я сделал, будет зря.

В его голосе слышалась такая уверенность, что я невольно подчинился. Видно было, что человек знает, о чём говорит.