Падение Ворона

Правда, с девчонкой этой неувязка вышла… Ну, что ж, и от неё тоже пользу получить можно…

Он внимательно осмотрел всех присутствующих.

– Многие говорят, что это он под меня работает. Вроде бы я его послал, и он мне место греет. Но это не так!

Пит покачал головой.

– Он для нас всех места греет. Он дорогу прокладывает. Он – пионер. Знаете, что такое пионер?

«Законники» переглянулись.

– Ну, как же! Эти пацанчики такие, активисты, с галстуками ходили, – вспомнил Фонарь.

– Да нет, братец, – снисходительно покачал головой Лисица. – Пионеры, это первопроходцы. Вот они Америку осваивали, золотые прииски находили, стрелялись за участки, свои столбы устанавливали. Но закон соблюдали. Если зарегистрировал участок – то всё! У них там полиции не было, они сами порядок наводили. И если кто-то на чужой участок залез да откопал там самородок, то разговор короткий – или пристрелят на месте, как собаку, или повесят!

– А чё ты на меня так смотришь? – спросил вдруг Удав.

– Да я на всех смотрю! – ответил Пит. – И на Молота смотрю, и на Ворона, и на Фонаря, и на Креста… На реку смотрю… Нравится мне здесь. А чего ты стремаешься?

– Да не стремаюсь я, – вроде безразлично ответил Удав, но взгляд отвел.

– А я знаю, что ты позавидовал, когда я стал дорогу в Карну прокладывать, – сказал Пит. – Слышал я, что ты хотел всё изменить. Хотел своего человечка поставить, чтобы самому руководить этим делом…

– С чего ты взял? – грубо спросил Удав. – Или что в голову пришло, то язык и мелет? Ты не с полублатным базаришь! Это его ты офоршмачил при всех и оставил оплёванного. А сейчас ты со мной трешь!

– А ты что, такой важный?"

"Ворон понял, что не ошибся. Действительно, надвигается гроза. И с громом, и с молниями…

– Я такой же коронованный вор, как ты! – ощерился Удав. – Или забыл, с кем разговариваешь?

– Знаю я, с кем я разговариваю, – улыбнувшись, сказал Пит.

И улыбка эта была нехорошей. За ней следовали, как правило, очень жестокие и кровавые поступки.

– Ты мне что, предъяву кидаешь? – спросил Удав и посмотрел, то ли вопросительно, то ли испытующе, на Креста и Фонаря.

По их виду ничего нельзя было определить. Но наблюдательный Ворон мог бы поспорить, что Крест в курсе разворачивающихся событий, а Фонарь, скорее всего, нет.

– Да, предъявить тебе хочу, – сказал Пит.

– И что ж ты мне предъявишь? – наклонился над столом Удав, впиваясь гипнотизирующим взглядом в Лисицу.

– Не так давно какой-то гад проник в квартиру к Ворону и заколбасил того, кто спал в его постели. Чисто сработал: один удар – точно в сердце. И наглухо! Таких спецов мало…

Лицо Удава напряглось.

– И что? Зачем ты мне это рассказываешь? Кто кого колбасил, да как именно… Пусть Ворон с этим и разбирается! У него тут врагов немало.