Месть вора

Потом я заставил себя залезть под холодный душ и, чуть-чуть освежившись, вышел из ванной уже более похожим на человека, чем десять минут назад.

– Коста, ты, что ли, там бродишь? – прокричала из кухни Рита.

– Угу.

– Иди-ка сюда. – И, дождавшись, когда я предстану пред ее очами, с мокрыми растрепанными волосами и в женском халате, который спер с вешалки в ванной, подсунула мне под нос полный стакан водки. – На, поправься, братишка.

Я тут же чуть не сблеванул в мойку, до отказа забитую грязной посудой. Но потом сумел взять себя в руки и выцедил сквозь зубы всю отраву до донышка. Похмелился.

– Фу! Вот с этого и начинается алкоголизм, – простонал я и закусил соленым огурчиком.

– Ништяк, – заключила Рита. – Тебе надо быть в форме. У тебя сегодня непростой день.

– Последнее время все дни у меня непростые, – пожаловался я и пошел собираться в дорогу…

Естественно, бабы все напутали с расписанием «дизелей» до Сыктывкара, и только мы собирались сесть за стол и позавтракать, как в квартиру ввалился разбитной белобрысый малый, шлепнул по необъятной заднице Риту, поцеловал в щечку Дюймовку и протянул мне синюю от многочисленных наколок руку.

– Данила, – представился он, – вместе поедем, братан, – после чего набулькал себе полный стакан водки, опрокинул его в себя, запил домашним пивком и радостно крякнул: – Живем, молодухи! Чего разобранные еще? Тачка внизу. У вас пять минут.

– Какие пять минут? – всполошилась Дюймовка. – Че гонишь? Еще больше часа! В полпервого поезд…

– А в полдвенадцатого не хочешь?

– В полпервого! Позавчера спецом на вокзал заходила, расписание глядела.

Данила расхохотался.

– Какими глазищами-то глядела, не помнишь? Кривая как сабля турецкая. Да снасильничали бы тебя, так ты бы наутро и не вспомнила б… Нет, ну бабы дуры, – посмотрел он на меня, явно ища поддержки.

Но какое я (накануне сам нажравшийся до беспамятства) имел право сегодня кого-нибудь обвинять?

– Нормалек бабы, – только и смог пробухтеть я.

– Эт-та точняк. Коста, давай с народом прощайся. И покатили. Опаздываем…

Я торопливо влез в резиновые сапоги и болониевую куртку, неуклюже поцеловал Риту и Ольгу, пожал руку деду, проверил, не забыл ли свой паспорт…

– Ну прощевайте, хорошие. Не поминайте лихом. И спасибо за все. Все будет нормально, так ждите когда-нибудь в гости… Ольга, не плачь…

– Миха, Миха, пошли, – поторопил меня Данила. – Ведь попадаем уже конкретно по времени!

«Миха?.. Ах да, – вспомнил я, – меня же теперь зовут Михаилом. Михаилом Михайловичем Куликом, 27 лет, русским»."

"– Алене привет, – крикнул уже выскочив из квартиры. И побежал вниз по лестнице следом за своим новым – каким же по счету за последнее время? – спутником.