Вопреки женской логике

— Почему это?

Возмутился, прямо подпрыгивая, макушкой ударяясь и шипя от негодования, потирая ушибленное место.

— Потому что косячник ты! Не получится у тебя душу совратить, ты уже за ним, сколько бегаешь со времени возвращения, а парень только дела добрые делать умудряется. Да он уже на Рай себе послужной список на пять лет вперед наработал!

— Тьфу, на тебя, старая, — сплюнул Антихрист, насупившись, — все выйдет. Договор подписал, щас душеньку еще одну угробим, дела пойдут как по маслу. Сын я Люцифера или не сын?

— Ты-то сын, но чет какой-то неудачный. Видать на тебе-то звезды не сошлись, — поцокала языком Смерть, к окну отворачиваясь.

— Ой, все!

Глава 13 — Житие святого Гордея

Университетский корпус технарей-ботаников, коими было принято считать всех, кто мало-мальски относился к инженерской профессии, располагался, чуть ли не на другом конце города от основного здания. Какой дурак проектировал учебное заведение, до сих пор загадка. Так, если у вас в один день сопромат и иностранный язык, мечешься, как подстреленный сайгак из одного конца в другой на маршрутках да метро.

Гордею повезло чуть больше. У него хотя бы была машина. Отвезя мать Светы, домой после массажа, предварительно выслушав очередной поток нравоучений, отправился точить зубы о гранит науки. Точнее сказать, помогать отстающим студентам его догрызать за существенную плату. Сессию закрыть хотели все, а вот мозгами Бог наделил не каждого.

— Дал Боже зайку, умом не наделил с лужайкой, — проскандировал, подъезжая к парковке, где уже мерзла пара нерадивых однокурсников, умудрившихся завалить половину зачетов из-за постоянных пропусков. Вечеринки студенческие — это хорошо, а еще студенчество твое будущее, хотя вот Гордей иногда думал о том, что это самое светлое далеко будет у него унылым, серым и скучным. Но все равно выбрасывал подобное из головы.

У него есть Светлана, разве нет?

«Она тебе вообще нужна?» — снова спросил голос в голове. Очень настойчиво так поинтересовался, будто рядом кто сидел.

Нужна, конечно, она была ему нужна.

— Правда, же? — спросил сам себя, выбираясь на улицу. Ледяной ветер сегодня особенно неистовствовал, бросая острые снежинки прямо в лицо, царапая кожу. Неприятно, особенно если в глаза. От неприятных ощущений даже слезинки появились первые, пока подходил к парочке.

— Принес? — Димка Сорокин потер ладони, успевшие замерзнуть без перчаток на таком холоде. Этот несчастный взор, лицо с отпечатком вселенского страдания. Будь Гордей более доверчивым, повелся бы, не зная, как обожает Сорокин прогуливать пары.

— Как договаривались. Утром деньги, вечером стулья, — нахмурился, покосившись на молчаливого Гришавского, делающего вид, что он тут не при чем. Еще бы, мажоры с ботанами общения не водят.