Вопреки законам стаи

– Я ненавижу не тебя, Ариана, – внезапно прошептала Радмила, проводя по шее дрожащей рукой. – Я ненавижу твою мать. Даже ее образ.

Сказать, что мне со всей силы дали под дых – не сказать ничего. Я не была глупой, чтобы не знать об этом, но и предположить не могла, что в сердце волчицы живет настолько дикая ненависть. Ее глаза заволокло тьмой, стоило воспоминаниям о моей матери просочиться в ее сознание.

– Ты так похожа на Рогнеду, что в каждом твоем облике, жесте я вижу ее. Хотя столько лет безуспешно пыталась забыть."

"Сглотнув горький ком в горле, я тихо откашлялась и прислонилась спиной к холодной стене, не сводя с Радмилы пристального взгляда.

– Почему вы ненавидите ее так сильно?

– Она разрушила всю мою жизнь. И это правда. Не успела появиться в стае, как предъявила права на моего мужа.

– Она ведь была истинной парой Владлена, – неосознанно попыталась я оправдать мать, которую совсем не знала.

– И что?! – закричала вдруг женщина, впрочем, тут же успокаиваясь. – Несмотря на то, что у нас с Владленом не было такой связи, я до безумия любила его. Я столько отдала за право быть с ним. А в итоге получила твою мать на свою голову, которая шла напролом, невзирая на волчью метку, соединяющую меня и Владлена.

Но моя мама тоже боролась за свое счастье, как и вы, – хотела крикнуть я, правда вовремя прикусила язык.

Своей агрессией я ничего не добьюсь, а лишь оборву напряженный разговор. Нужно действовать умнее, чтобы получить все ответы.

– Она же отступила в итоге. Так почему вы продолжаете испытывать к ней ненависть?

– Отступила? Отступила?! Да она приковала моего мужа к себе. Он ночами грел ее постель, жил буквально на две семьи. Никто не мог образумить его. Владлен будто обезумел из-за нее.

Что? Этого не может быть.

Я не могла поверить, что моя мать спала с отцом Эрнеста. Ба говорила мне, что Рогнеда в итоге отступила, но порочной связи между ней и Альфой не было. Получается, Ба соврала мне. В какой по счету раз? Сейчас мое мнение по поводу того, что все эти годы я жила в сплошной лжи, только укрепилось. Как же меня тошнит от их нескончаемого вранья.

– Вижу, для тебя это новость, – со злорадной усмешкой констатировала Радмила. – Теперь ты понимаешь, что твоя мать далеко не святая. И не смей ее оправдывать. Она столько раз сбегала от Владлена, заставляя его отправляться на ее поиски. И каково мне было наблюдать за тем, что моя пара бегает за другой волчицей?

– И чем же это все закончилось? – быстро спросила я, перебивая женщину.

Признаюсь, я ужасно боялась испытать хоть долю сочувствия к этой женщине. Ведь тогда я не смогу больше оправдывать в своей душе поступки матери. А можно ли вообще винить ее? Или Радмилу? Или Владлена? Все они стали жертвами одной крепкой связи, сковавшей их жизни подобно болезненным шипам.