Выжить вопреки всему

Дарка назначили вначале десятником, а потом и старшим сержантом конной разведки. Он тут же перетянул к себе Тубора и Ашкена, и теперь переходы им давались намного легче: все-таки верхом, а не своими ногами отмеряли расстояния.

Но риск увеличился: приходилось не только высматривать, но и резаться с фуражирами, такими же конными разведчиками и патрулями неприятеля. Постоянные стычки не только закаляли и добавляли знаний и умений, но и могли внезапно оборвать жизнь или нанести тяжелое ранение, но пока все обходилось. Зачастую они первые входили в освобожденные от неприятеля городки и села. И то, что там видели, навечно врезалось в память: женщины со вспоротыми животами, дети с отрубленными головами или размозженными от удара о стену дома. Дарк в бессильной злобе скрипел зубами и в стычках не жалел ни себя, ни врага. Пленных их подразделение не брало. Ну разве что, когда это надо было для пополнения оперативных данных генералу.

За три месяца постоянных боев Дарк устал, насквозь пропитался запахом костров и кровью и, переговорив с друзьями, решил попросить у генерала отставку. Они имели на это право, тем более из столицы пришло повеление при случае отправить Дарка Мушера для награждения. Тубор и Ашкен его поддержали и тоже собрались последовать его примеру. Им тоже порядком надоело глотать пыль, спать у костра, смотреть на убитых и самим увеличивать их количество, тем более война уже шла на территории противника. Буквально недавно войска пересекли границу между королевствами.

Это был их последний выезд перед отставкой, генерал хоть и с неохотой, но подписал их прошение и дал указание казначею выдать денежное довольствие за все время.

С неприятелем столкнулись внезапно, и обе стороны растерялись от неожиданности. Польмарцев было два десятка, и гнали они в тыл пленных. Дарк первый опомнился и, выхватив меч, ринулся на неприятеля. Он прекрасно понимал, что это безрассудство – всемером против двух десятков, но остановиться уже не мог, когда увидел оборванных, изможденных людей в остатках формы королевства Кармина.

Навстречу им кинулся десяток польмарцев, потом еще несколько конников неприятеля. Когда они вырубили почти десяток, потеряв при этом троих своих, к ним на помощь при шли пленные. Они бросались на конников по нескольку человек, стаскивали польмарцев с седел и в буквальном смысле раздирали голыми руками. Когда все закончилось, на дороге лежали вперемешку и пленные, и воины противника. Из полусотни пленных в живых осталось чуть больше тридцати человек.

К Дарку подошел, пошатываясь от усталости, молодой парень из освобожденных, ненамного старше его самого, и представился. Видно было, как он измучен, но тем не менее глаза его светились радостью. Он обозначил поклон.