Майор и волшебница

Таким образом, означенные солдаты злостно нарушают приказ военной администрации, о чем он, лояльный гражданин, считает своим долгом герру коменданту донести. И, точно так же боязливо оглядываясь, заспешил прочь, скрылся за углом…"

"Вот это была железная мотивировка, без дураков. Похожих случаев, когда такие вот «лояльные обыватели» наперегонки рысили в наши комендатуры с доносами, было не перечесть. Не знаю, как у них с этим обстояло при кайзере, но за двенадцать лет мягкой и ненавязчивой опеки гестапо их этому нехитрому ремеслу хорошо обучило – стучали, как барабаны. Иногда такие доносы яйца выеденного не стоили – ну кому интересно, что у соседа сын состоял в гитлерюгенде? Туда с определенного возраста всех загоняли… Иногда выходила и польза: в том городке, где расположился Смерш, сосед заложил местного уполномоченного гестапо, отчего-то не успевшего сбежать. Форму и документы закопал в подвале («а вдруг наши вернулись бы?» – разводил он потом руками) и решил, что все обойдется.

(Правда, Серега Чугунцов потом рассказывал с ухмылочкой, что антифашизмом тут и не пахло. Просто-напросто тот гестаповец, сука гладкая, прямо-таки липнул к молодой дочке соседа. Она его видеть не могла, а он лез и лез, да еще открытым текстом обещал: если будет ломаться, устроит крупные неприятности по своей линии и ей самой, и родителям. Ну, когда наши заняли городок, папаша девушки возрадовался и галопом помчался сводить счеты с кровавым прислужником нацистов.)

Одним словом, мотивировка железная, санкцию на прочесывание мне дали бы, не раздумывая. Пусть их там ховаются всего десять (хотя, учитывая обстоятельства, был уверен, что их больше), десяток вооруженных фрицев в нашем, собственно говоря, тылу – это есть большой непорядок. Ради этого стоит и батальон поднять, чтобы окончательно прояснить, как там обстоит с лесом и кто там ховается в нарушение приказа советского военного командования. И когда выяснится, что немцы там есть (а они там есть, я не сомневался!), никто не даст себе труда искать этого выдуманного мною «лояльного обывателя» – а зачем, собственно? Почетную грамоту ему давать за содействие советской военной администрации? Так не существует в природе таких грамот. Кстати, тому, кто выдал гестаповца, смершевцы от щедрот славянских дали коробку немецких сигарет «Юно» – он и этому был рад. Ну а «мой» немец, будучи персонажем насквозь вымышленным, и без сигарет обойдется…

Так что всю мою меланхолию и унизительное ощущение злого бессилия в одночасье как рукой сняло. Оставались чисто технические вопросы – подшлифовать немного мою «легенду», добавить в темпе мелких, но убедительных деталек и со спокойной душой вызывать Гладиолус – то есть подполковника Можарова, который в штабе дивизии курировал разведку.