На волнах оригами

 – Где я возьму такие деньги, чтобы тебе отдать?

Журавль волком на меня уставилась.

– Дьявол! Это мой подарок, – сказала она, нахмурившись. – Катечка, просто молчи на эту тему. Иначе я за себя не ручаюсь.

– А третий для кого? – поинтересовалась я устало, почти свыкнувшись с мыслью, что восьмого октября мы будем на концерте ее кумиров. – Твой Помойка поедет с нами?

– Еще чего. Он – для меня. Если вдруг захочу в фан-зону, поближе к сцене, – пояснила Журавль. – Я заранее обо всем позаботилась. Не могу упустить свой шанс, – потерлась она носом о свой билет и счастливо вздохнула.

– Неужели очередной приворотный ритуал совершать будешь? – всплеснула я руками. – Опять к Альбине обратилась? Чтобы она эти… как их… Энергетические зажимы сделала?

Лицо Нинки стало кислым. Она отложила билет в сторону.

– Нет, конечно, – сухо ответила подруга. – Все эти ее привороты – бред собачий. Разводка для лохов.

– А перед концертом «На краю» ты так не думала, – продолжала веселиться я.

– Это ты виновата, – вдруг заявила моя милая подружка, недовольно постукивая длинными красными – в тон платью – ногтями.

– Я-то здесь при чем?! – возмутилась я. – Это было только твое решение!

– Ты должна была меня отговорить! – ничуть не смутилась Журавль, у которой всегда виноваты были все, кроме нее.

– Ты видела, чтобы на войне солдаты останавливали танк словом? – откинулась я на спинку плетеного кресла и скрестила руки на груди.

Подруга картинно закатила глаза, явно так давая понять, что думает обо всем этом.

– И я не видела, – вкрадчиво продолжала я. – Никто не видел, Ниночка. Как бы я смогла остановить тебя? Но я рада, раз ты поняла, что любовь никакими приворотами не заполучишь.

– О, нет, Катя, – заявила Нинка скорее из упрямства. – Я поняла совсем другое. Нужно искать компетентных специалистов! Которых в нашем городишке и нет. А эта Альбина – гребаная шарлатанка, чтоб ее перекосило. Кстати, помнишь, я рассказывала, как крестный обмолвился, что госпожа ведьма состоит в какой-то организации?

Я согласно кивнула, отправляя в рот новый кусочек пирожного. Нам в это время принесли кофе – мне по-венски, а Нинке – с коньяком. Рядом с подругой поставили и два первых заказанных ею блюда. Народу в кафе становилось все больше, что, правда, не портило уютной доброжелательной атмосферы, царившей в заведении.

– Крестный рассказал тебе, что именно это за организация?

– В том-то и дело, что нет! – совсем не по-женски стукнула кулаком по столу подруга. – Сначала вообще молчал. А когда я его доставать стала, сказал просто не влезать в это дело! И велел забыть об этом и мне, и Лесковой!

И она яростно принялась разрезать кусочек мяса в поданном салате.