На волнах оригами

 – Играть со мной вздумал?

Наверное, окажись на ее месте другая девушка, она бы почувствовала себя растоптанной – таким коварным способом, используя силу эмоций, украли поцелуй, да еще какой! Нинка, однако, чувствовала себя не раздавленной, а еще более разъяренной – сейчас ярость ее достигла апогея.

Она не была бы сама собой, если не воспылала бы жаждой мести: немедленной и беспощадной.

– Хотел перед друзьями со мной поиграть? – зловеще уточнила она.

– Ты не так поняла, Нина, – отвечал Матвей лукаво. – Я тебе помог сегодня утром, будь добра, отплати мне той же монетой сейчас.

– Отплачу, – пообещала Журавль.

Голубые глаза ее цепким взглядом обвели стоянку. И прежде чем Матвей успел что-либо сказать или сделать, Нинка быстро сняла с себя туфли и в три прыжка оказалась около его машины – даже узкое платье не помешало. Каблуки были высокие и острые, а стекло не такое уж и прочное. Несколько ударов туфлями – и по переднему стеклу стала расползаться паутина трещин.

Вообще, по идее стоило бы уйти с гордо выпрямленной спиной, холодно улыбаясь, а затем нанести удар в спину, но Ниночке нужна была разрядка, и мстить хотелось прямо сейчас и прямо здесь.

– Ты что делаешь! – заорал потрясенный Матвей."

"Он знал, что у дяди ненормальная крестница, но не до такой же степени! Новенький автомобиль ему было откровенно жаль, да и друзья прилипли к окну бара, явно обалдев от происходящего.

Матвей схватил Ниночку, пытаясь спасти машину, думая, что Журавль начнет вырываться и орать, та, однако, в его объятиях притихла, с яростью сжимая в пальцах туфли. И Матвей, ожидая подвоха, отпустил девушку.

Она нападать на него, впрочем, не стала, как и на злосчастную машину.

– Ты думаешь, это все? – злорадно улыбнулась Нинка. – Твои страдания еще впереди.

Она невозмутимо обулась и пошла с гордым видом по улице.

На нее оборачивались люди, но Ниночке было все равно. Она продумывала долгосрочный план мести наглецу, посмевшему решить, что обман Нины Журавль сойдет ему с грязных рук.

«Ничего, паскуда, – думала она, не обращая внимания на сигнал проезжающего мимо автомобиля, в котором сидели молодые люди, обратившие не совсем здоровое внимание на яркую девушку в синем платье. – Я тебе еще кровь гнилью разбодяжу. Ха-ха-ха».

Матвей же стоял около своего автомобиля, глядя то на побитое стекло, то на удаляющуюся высокую женственную фигуру.

– С ума сойти, – подоспели к нему ошарашенные друзья. – Что ты ей сделал?

– Изменил, а она узнала, – слабо улыбнулся тот.

– Ну, ты и дурак, такой девчонке изменять, – покачал кто-то из парней головой.

– Верность – для слабаков, – живо возразил ему другой приятель, и парни засмеялись.

Матвей лишь улыбнулся и погладил машину по капоту.

* * *Этот вечер явно не был Нинкиным.