Жатва душ 3. Вторая волна

Старшего звали Алон, младшего Джехомар. Я жестом поманил Рамиза и Эдрика, чтобы наша делегация тоже состояла из трех человек.

Мы настороженно пожали друг другу руки. Филиппинцы начали брататься с Эдриком, говорить на своем. Единственное, что я понял — они упоминали Анхеля, дядю Эдрика. И все же хорошо, что паренек с нами, ведь без него неизвестно, чем все закончилось бы. Без крови бы точно не обошлось.

К этому моменту местные, очевидно, решили, что их хитрость с приманенными зомби осталась незамеченной, и расслабились.

— Среди вас есть чистильщики? — спросил я, понял, что они ничего не поняли, и принялся махать руками перед лицом. — Есть те, кто видит текст, характеристики… Интерфейс?

Филиппинцы переглянулись настороженно, Крисанто помотал головой.

— Анхель был такой, — сказал он. — Говорят, Дэдди такой же. Но мы — нет.

Врут? Или сообщество без чистильщика до Третьей волны вполне жизнеспособно? А может, ими вообще рулит контролер, который научился маскироваться?

— Когда убивать Дэдди? — спросил Крисанто, выпятив грудь и с уважением поглядывая на Рамиза. Азербайджанец небрежно держал в руках пулемет.

Видимо, не так уж хорошо у них с огнестрелом, раз пистолет только у Криса.

— Пока не решили, — ответил я, решив скрыть точную дату. — На какой частоте вы общаетесь? — я кивнул на рацию. — Мы свяжемся с вами и скоординируем последующие действия.

Филиппинцы опять переглянулись, будто мыслями обменялись, и Крис ответил на мой вопрос, назвал частоту.

— Сколько вас человек? — продолжил задавать я вопросы. — Какое у вас оружие? Только отвечайте честно, чтобы мне знать, сумеете ли вы помочь.

И опять переглядывания. После минутных размышлений Крис ответил:

— Нас сто пять человек, треть — женщины и дети, но они быстро взрослеют. Оружие: десять пистолетов, шесть ружей, два таких же пулемета. — Он кивнул на Рамиза.

Понятно, честности можно не ждать. Ладно, черт с вами.

— И патроны есть, да? — спросил я.

— Патронов очень много, но мы их экономим, потому против зомби у нас йо-йо, — почти не соврал филиппинец.

— Это что? — удивился Рамиз, когда я перевел.

Эдрик изобразил невидимый аркан и объяснил:

— Камень. Большой камень. Длинная веревка. Бросать в зомби. Не в тело, в ноги, веревка ноги ронять, зомби падать, его бить.

Вспомнилась игрушка моего детства — штукенция на веревочке, которая возвращалась в руку. Неужели филиппинское йо-йо — ее прототип?

— Интересно, как оно работает, — будто прочел мои мысли Рамиз.

— Покажете, что за зверь это ваше йо-йо?

Младший, Джехомар, рванул в джунгли, а вернулся с увесистым камнем на длинной веревке, которой была обмотана рука. На вид камень был трех-четырехкилограммовым. Филиппинец метнул его в воображаемого врага. Камень упал. Парень быстренько подтянул его и снова кинул.