Жатва душ 3. Вторая волна

— Тогда все они или переметнутся и поднимут восстание, или разбегутся. Так что врагов у нас всего десять, а совсем сильных — четверо.

Что-то вспомнив, она поежилась, вздрогнула.

Мне подумалось, что каждый из этих четверых стоит десятерых таких, как Макс и Сергеич. А может и сотни, учитывая инопланетные таланты и оружие.

— Ну-ну, «у нас», — передразнил ее Сергеич. — Переметнешься же, как невыгодно станет!

Карина сделала вид, что не услышала его. В ней чувствовался надлом, раньше она кричала бы и пыталась манипулировать. Или я совсем не знал свою жену, или что-то с ней случилось ужасное, вывернувшее наизнанку ее личность.

— Врет как дышит! — продолжал ее прессовать Сергеич. — Почему мы должны ей верить, Денис?

Рамиз, с неодобрением наблюдавший за всем этим, явно симпатизировал Карине и сказал:

— Полегче, Сергеич. — Потом обратился ко мне. — Денис, ты уверен в своей женщине?

Карина промолчала, а я качнул головой:

— Нет, Рамиз, она не моя женщина. И она последняя, с кем я хотел бы иметь общее дело. Но нам придется или поверить ей, или запереть ее.

— Или грохнуть, — с угрозой в голосе сказал Макс.

— Грохать ты будешь? — насмешливо поинтересовался я. — Она восьмого уровня, если что. Не уверен, что ты ее одолеешь в бою раз на раз. С двумя дырками в боку, не ноя, добралась со мной сюда и сейчас сидит и общается. Ты бы так смог? Короче, не получится одновременно и не доверять, и оставлять на свободе. Людей нам не хватает, а у меня есть основания верить в искренность Карины — она хочет нам помочь.

— Ты что-то говорил про «крота» в лагере Папаши, — сказал Сергеич. — Как вы с ним держите связь? Рацию свою отдал?

Сергеич постучал себя по лбу.

— Ты совсем баран, рацию давать не пойми кому? — Я поднял бровь, и он поправился: — Извини, Денис, но это глупо было.

— Он не понесет ее к Папаше, спрячет. Это во-первых. А во-вторых, если к нам выдвинутся, «крот» даст знать. Стоило это того? Мы же должны координировать действия. К тому же во время нашей атаки на лагерь Папаши «крот» поднимет восстание.

— А че, все правильно! — поддержал меня Макс. — Когда американцы освободили пленных Дахау, узники концлагеря растерзали своих мучителей. Не всех, но тех, до кого дотянулись. Остальных америкосы постреляли. Вот и тут так же может быть.

— Все равно у них три ружья и два пистолета, а у нас одно и горсть патронов, — констатировал Рамиз. — Это несопоставимо меньше.

— Билят, — сказал Эдрик, когда ему перевели сказанное.

— И у них молекулярная струна! — выпучив глаза, вспомнил Макс. — И хрен знает, что еще.

— У Папаши еще отражающий силовой щит, — напомнил я и обратился к Карине. — У Тетыщы тоже какое-то мощное оружие. Какое, не знаешь?

— Страшное, — ответила она. — В бою не видела, только слышала.