Отбор для Короля волков

Сердце Аглаи заколотилось от страха, когда его ногти начали удлиняться и заостряться. Через несколько мгновений там уже были когти.

Она вскрикнула, когда он начал рвать ее платье. Исполосовал когтями лиф и безжалостно разодрал его. Та же участь постигла и корсет. На землю летели клочья ткани.

Аглая осталась перед ним полностью обнаженной. Только ожерелье давило на грудь. Каким-то чудом он не добрался до чулок и сапог.

Когти исчезли. Только теперь Аглая до конца осознала, что оборотни — это не просто название.

Перед ней был зверь… Аглая потянулась к плащу, чтобы прикрыться. Не смотря на ужас происходящего, в голове засела мысль, что ее тело не так совершенно, как его. Если она увидит в его глазах отвращение или презрение, то это лишит ее последних сил.

Аглая с трудом содержала истеричный смех. Она молиться должна, чтобы он считал ее некрасивой! Но в глазах Дамазы пылал пожар. Он улыбнулся самой опасной улыбкой, какую она когда-либо видела.

— Ты же хочешь того же, чего и я…"

"Она помотала головой, прижимая к груди плащ. Дамазы тихо рассмеялся. Обманчиво мягкий звук был настолько ощутим, что казалось гладил ее кожу. Аглая задрожала.

— Лживая лицемерка… Как бы ты не прикидывалась благочестивой княжной, я знаю о тебе правду. — Он вырвал из ее рук плащ и откинул в сторону. — При первой нашей встрече ты потекла. Твое тело хочет меня. Когда обо мне говорят другие Невесты, ты ревнуешь и злишься. Ты зачем-то пыталась мне помочь в лесу…

Он потянулся к ее волосам, намотал прядь на кулак и дернул, заставляя Аглаю приблизиться почти вплотную. Она задрожала, когда грудь соприкоснулась с его мощным телом. Соски пульсировали от радости ощущать горячую твердую жесткость его мышц.

Дамазы прикрыл глаза и тяжело задышал:

— И я пока не могу учуять твою ложь. Ты не сделала ничего плохого… пока. Поэтому, я предлагаю тебе сделку.

Он прижался бедрами к ее животу. Аглая не смогла сдержать тихий стон от ощущения выпуклой твердости. Она сходила с ума от желания и страха.

— К-какую сделку?..

— Я сохраню твою жизнь. И твой секрет. — На его губах снова появилась жуткая улыбка — волчий оскал. — Уже завтра ты можешь болтаться на веревке, или гореть на костре. Но сначала будут пытки. — Он вдруг отстранился и накрыл горячей ладонью ее грудь, сжал.

У Аглаи закружилась голова, от тех ужасов, о которых он говорил. Но груди было плевать. Соски ныли от потребности в его ласках. Они бесстыдно торчали, стремясь к его рукам.

Дамазы видел это. Зажал один сосок между пальцев и тут же ослабил давление. Но в следующую секунду повторил. Мышцы живота сжались от волны наслаждения.

Аглая ненавидела саму себя за эту реакцию. Как она может плавиться от его прикосновений?! Он же садист!

— Для тебя я особенно постараюсь.